Читать PDF

ДИРЕКТОРИЯ ЮФ

БАНКРОТСТВО

Поправки на ветер

Юристы уже отмечают позитивные изменения в сфере восстановления платежеспособности и судебной практике применения Кодекса Украины по процедурам банкротства. Однако опасаются, что «карантинные» поправки нивелируют прокредиторские новации, предоставив должникам слишком широкие возможности для уклонения от исполнения обязательств

ИРИНА ГОНЧАР

 

Кодекс Украины по процедурам банкротства (Кодекс) может считаться одним из самых долгожданных, и многие эксперты отрасли полагали, что 2020 год станет годом динамичного развития практики его применения. Но планы на этот год существенно «подкорректировала» эпидемия коронавирусной болезни. И тем не менее немало положений Кодекса апробировать удалось.

Прежде всего, кредиторам стало проще инициировать банкротство: без обязательных подтверждения бесспорности долга судебным решением и констатации невозможности его взыскания в общем порядке повысились шансы на удовлетворение требований, ведь у должника стало в разы меньше времени для вывода активов. Залоговые кредиторы получили реальный приоритет. «Стоит отметить право залогового кредитора обратить взыскание на предмет ипотеки в процедуре распоряжения имуществом по истечении 170 дней после открытия производства по делу о банкротстве и возможность включить в четвертую очередь погашение требований кредитора, пропустившего срок подачи заявления о признании его требований», — обращает внимание Юрий Моисеев, советник ЮК L.I.Group. Эти и другие расширенные права кредиторов позволяют юристам креативить.

 

Новые возможности

Наталия Тищенко, управляющий парт­нер Nobili, арбитражный управляющий, отмечает целый ряд преимуществ Кодекса для кредиторов, прежде всего возможность пересмотра сделок относительно имущества должника. «Нам удалось вернуть в ликвидационную массу актив, отчужденный по низкой цене, и присоединить кредиторов к пятилетнему процессу банкротства в качестве текущих», — делится опытом г-жа Тищенко. Также есть шанс вернуть долги за счет привлечения к субсидиарной ответственности менеджмента и собственника должника, напоминает Юрий Моисеев.

Кодекс дал эффективные инструменты и для восстановления платежеспособности, концептуально изменив процедуру досудебной санации. «Она стала более гибкой для должника и позволяет ему не быть признанным банкротом «досрочно». В случае утверждения плана санации до открытия производства в деле о банкротстве должник получает некие льготы, которые препятствуют признанию его банкротом и дают глоток свежего воздуха его бизнесу», — рассказывает Юрий Моисеев. «Но не нужно забывать, что должники могут воспользоваться такой процедурой для уклонения от уплаты задолженности», — предупреждает Наталия Тищенко.

«Изменен также порядок продажи имущества в ликвидационной процедуре, что позволяет кредиторам добиваться такой продажи по максимальной стоимости», — отмечает Юрий Моисеев.

Наиболее заметной новацией Кодекса, безусловно, остается восстановление платежеспособности физического лица. И хотя массового спроса на эту процедуру нет, все же граждане должны получить позитивные примеры, чтобы довериться государству и провести полный аудит своего имущественного состояния, постепенно практика формируется. Например, Наталия Тищенко отмечает, что после открытия такого производства для физлица удалось инициировать иск о возвращении в собственность единственного его жилья.

«Прогресс дела о банкротстве зависит от процессуального поведения сторон и участников дела, готовности договориться, позиции суда по процессуальным моментам. Но Кодекс наделил суд определенной дискрецией, что не может не радовать», — констатирует Юрий Моисеев.

Судебная тактика

Судебная практика применения Кодекса пока еще небогата и фрагментарна. И все же по ряду принципиальных моментов ВС свое мнение сказал. Ключевые позиции выделяет Андрей Трембич, лидер практики долговых обязательств и банкротства АФ «Грамацкий и Партнеры». Так, например, в аспекте аукционов в процедуре банкротства суд высказался, что течение срока исковой давности в спорах о признании недействительными результатов аукциона отсчитывается с момента, когда о нарушенном праве узнал или мог узнать должник, а не арбитражный управляющий. Обжаловать результаты аукциона могут только должник (арбитражный управляющий от имени должника), кредиторы, зарегистрированные участники аукциона, лица, считающие себя собственниками имущества, выставляемого на продажу. При этом после неудачного первого аукциона выбор стратегии и способов продажи имущества отдается на усмотрение ликвидатора с требованиями получения более высокой цены, ускорения ликвидационной процедуры, эффективного восстановления экономической деятельности. И это важно, поскольку привлечь к субсидиарной ответственности учредителей и руководителей банкрота можно лишь после реализации объектов ликвидационной массы и проведения расчетов с кредиторами в ликвидационной процедуре (постановление КХС ВС от 2 сентября 2020 года по делу № 923/1494/15).

Также сделаны следующие выводы: поведение должника не может быть одновременно правомерным и неправомерным, поэтому до просрочки выплат подлежат взысканию проценты в соответствии с договором и частью 1 статьи 1048 ГК Украины, а после — годовые проценты согласно части 2 статьи 625 ГК; ходатайствовать о признании фраудаторных сделок недействительными можно на основании как общих норм ГК Украины, так и специальных правил Кодекса: мировое соглашение в деле о банкротстве не является исполнительным документом; отсутствие спора о праве означает, что есть полная ясность относительно сторон обязательства, его сути, основания возникновения, суммы и структуры задолженности, а также срока выполнения; средства, размещенные в банке-банкроте на текущем счету фонда финансирования строительства не подлежат включению в ликвидационную массу банка, однако на деньги на депозитных счетах такой запрет не распространяется.

При этом юрисдикция дела по имущественным требованиям к должнику зависит от даты открытия производства по делу о банкротстве — до 19 января 2013 года закон не требовал рассмотрения заявленных требований к должнику в одном производстве.

 

ЛУЧШЕЕ — враг хорошего

Стремясь поддержать бизнес в условиях пандемии, законодатель вносил изменения во все акты, которые могут повлиять на экономическое благосостояние граждан и юридических лиц. Не стал исключением и Кодекс. В частности, был введен мораторий на инициирование банкротств по долгам, возникшим с 12 марта 2020 года — дня, когда был введен карантин и продлен мораторий на взыскание предметов ипотеки по валютным займам. Однако специалисты отмечают, что часть новаций рискуют повлечь лишь ухудшение ситуации.

«К сожалению, я вынужден констатировать популизм некоторых изменений Кодекса, внесенных в 2020 году: любой мораторий — это замалчивание проблемы, а не ее решение», — говорит Сергей Боярчуков, управляющий партнер «Алексеев, Боярчуков и Партнеры». Эксперт убежден, что современные инструменты процедур банкротства позволяют решить любую проблему с минимальным ущербом для предприятий, сбалансировав экономические интересы всех сторон. Мораторий, улучшая положение одной группы предприятий (должников), ущемляет интересы всех остальных участников экономических отношений. Тем более что эффект от него нулевой. «Запрет инициировать банкротство по долгам, возникшим с 12 марта 2020 года, совсем не спасает должников. Долги, по которым сегодня заявляются требования, у многих фактически возникли до этой даты. Кроме того, возможно взыскание вне процедуры банкротства, в том числе в порядке исполнительного производства», — поясняет Юрий Моисеев.

Наталия Тищенко прогнозирует, что это скажется на инвестклимате страны: «Мы наблюдаем отток инвестиций, а единственный законный способ уйти с рынка при наличии долгов — это банкротство. У наших предприятий много иностранных долгов, и когда инвестор не может забрать свои деньги, это негативно влияет в целом на инвестиционный климат страны, а главное — противоречит идеологии реформы сферы банкротства».

Продление «валютного моратория», запрещающего обращение взыскания на ипотечное жилье, купленное за счет валютного кредита, хоть и выглядит логичным, но также сомнительной эффективности. «Государство должно было отреагировать и снять напряженность между должниками и банками, что и было сделано путем принятия такой поправки», — поясняет Юрий Моисеев. Однако, по словам экспертов, это отсрочка решения проблемы. «Вопрос нужно решать комплексно, ведь ситуация затрагивает интересы не только должников, в целом поднимается вопрос функционирования банковской системы страны», — поясняет г-н Моисеев.

«Мы видим дела, в которых в рамках исполнительного производства отбирают имущество у таких заемщиков, игнорируя мораторий. Заемщикам остро не хватает популяризации инструмента банкротства, они просто не верят в него», — говорит Наталия Тищенко, предлагая использовать инструменты Кодекса вместо выжидания.

Весьма неоднозначно юристы в сфере банкротства оценивают и другую громкую новацию — до запуска работы Единой судебной информационно-технической системы определять арбитражного управляющего по предложению инициирующего кредитора.

«Это катастрофа для самих арбитражных управляющих», — уверен Сергей Боярчуков. По его словам норма нивелирует годы развития отрасли. «Мы все время боролись за независимость профессии и в Кодексе закладывали, чтобы арбитражный управляющий был равноудаленным от всех участников процедуры, а теперь устанавливаем, чтобы его кандидатуру предлагал инициирующий кредитор! Конечно же, будут предлагать того арбитражного управляющего, с кем заранее удалось договориться об оказании каких-то услуг инициирующему кредитору, ведь он фактически дает работу. И если для решения вопросов данного конкретного кредитора это хорошо, то для профессии в целом, особенно на этапе ее становления, — погибель», — поясняет г-н Боярчуков.

Наталия Тищенко, напротив, считает, что такой порядок снизит противостояние кредиторов и управляющих, это пойдет на пользу делу о банкротстве и в то же время повысит конкуренцию, которая «приведет к выкристаллизированию профессии и будет способствовать ее очищению».

 

Денежные соотношения

Несмотря на наделение арбитражного управляющего более широкими правами, наиболее острую проблему в его работе — гарантированного вознаграждения — Кодекс не снял. Трехмесячный депозит, внесенный инициирующим кредитором, — единственное, на что можно рассчитывать наверняка.

«Кредитор как не понимал, за что платить арбитражному управляющему, так и не понимает», — сетует Наталия Тищенко, отмечая, что остается риск того, что время свыше трех месяцев, равно как и понесенные в процессе исполнения обязанностей затраты могут остаться неоплаченными. Подтверждает эту тенденцию и Юрий Моисеев, отмечая, что суды, в большинстве своем взыскивают с кредиторов оплату услуг арбитражных управляющих, однако далее ее приходится взыскивать в принудительном порядке. «В нашем арсенале есть решение ВС, который не разрешил закрыть дело о банкротстве без выплаты вознаграждения и возмещения затрат арбитражному управляющему», — делится практикой г-жа Тищенко.

 

На год вперед

Как бы ни старался законодатель поддержать бизнес, экономические последствия пандемии повысят спрос на процедуры банкротства — с отсрочкой или без таковой. А это значит, что в следующем году практика применения Кодекса будет активно формироваться. Суды также будут обязаны дать оценку поправкам к Кодексу. «В Кодекс с момента его принятия изменения вносились восемью законами, что свидетельствует о желании законодателя усовершенствовать и актуализировать его согласно процессам, происходящим в обществе, политической и экономической жизни страны. Это повлечет необходимость адаптации всех участников сферы банкротства к реалиям современности», — прогнозирует Юрий Моисеев.

Солидарна с коллегой и Наталия Тищенко: «Бизнесу нужно учиться отдавать долги вовремя. Норма о субсидиарной и солидарной ответственности собственников заставляет задуматься и тщательнее относиться к платежной дисциплине в целом».

 

С двух сторон

Сергей ЖУКОВ,

д.ю.н., судья-спикер Кассационного хозяйственного суда в составе Верховного Суда

Институт банкротства в Украине прошел серьезную трансформацию с принятием Кодекса Украины по процедурам банкротства (КУпПБ, Кодекс). С момента введения Кодекса в действие сформировалась определенная судебная практика Верховного Суда. В основном это вопросы, связанные с открытием производства в деле о банкротстве; действием Кодекса во времени; одновременным применением норм Кодекса и Хозяйственного процессуального кодекса (ХПК) Украины; рассмотрением дел в пределах дела о банкротстве; применением новых оснований для признания недействительными сделок должника; применением субсидиарной ответственности по завершении ликвидационной процедуры и др.

Одной из правоприменительных проблем, с которыми столкнулся ВС как суд кассационной инстанции, стало одновременное применение процессуальных фильтров для обжалований в деле о банкротстве по статье 9 КУпПБ и статье 287 ХПК Украины. Только судебные решения в этой категории дел имеют двойные законодательные ограничения в части возможности кассационного обжалования.

Особенностью процедур банкротства сегодня является то, что судебная практика ВС по применению норм Кодекса только начинает формироваться. Хотя некоторые нормы Закона Украины «О восстановлении платежеспособности должника или признании его банкротом» почти в неизмененном виде были перенесены в КУпПБ, формально правовые выводы относительно их применения не являются обязательными в делах, рассматриваемых по правилам Кодекса. Это всего лишь пример применения аналогичных по тексту норм.

Производство в делах о банкротстве выполняет функцию разрешения проблем задолженности между субъектами хозяйствования и является неотъемлемым элементом рыночной экономики. Уровень законодательства о банкротстве — один из определяющих показателей не только развития имущественных отношений, но и наличия прогрессивных принципов рыночного регулирования хозяйственных отношений в государстве в целом.

А судебная практика ВС позволяет понять, как правильно применять нормы материального или процессуального права в обстоятельствах конкретного дела, делает нормы Кодекса более предсказуемыми как для кредиторов, так и для должников. Систематизация и обнародование практики ВС позволяют отслеживать изменения и снабжают актуальной информацией для преодоления кассационных фильтров и правильного правоприменения, что дает возможность обеспечить надлежащий доступ к правосудию в делах о банкротстве.

Лидеры рынка. Банкротство

Ведущие
юридические фирмы

1

EQUITY

2

Ильяшев и Партнеры

3

Алексеев, Боярчуков и Партнеры

4

АРИО

5

L.I.Group

Ведущие юристы

1

Юлиан Хорунжий (АРИО)

2

Сергей Боярчуков (Алексеев, Боярчуков и Партнеры)

3

Олег Малиневский (EQUITY)

4

Артур Мегеря (L.I.Group)

5

Вадим Кизленко (Ильяшев и Партнеры)

Другие известные юридические фирмы*

ADER HABER

Arzinger

Абсолют

Грамацкий и Партнеры

Хоменко, Пита и Партнеры

Соколовский и Партнеры

Юридическая группа LCF

Другие
известные юристы*

Александр Бондарчук (Абсолют)

Максим Боярчуков (Алексеев, Боярчуков и Партнеры)

Елена Волянская (Юридическая группа LCF)

Алексей Воронько (АРИО)

Иван Захарко (Хоменко, Пита и Партнеры)

Андрей Конопля (Ильяшев и Партнеры)

Николай Ковальчук (L.I.Group)

Роман Марченко (Ильяшев и Партнеры)

Антон Молчанов (Arzinger)

Ирина Сербин (АРИО)

Андрей Трембич (Грамацкий и Партнеры)

Наталия Тищенко (Nobili)

Александр Удовиченко (ADER HABER)

Александр Хоменко (Хоменко, Пита и Партнеры)

* — В АЛФАВИТНОМ ПОРЯДКЕ. ИСТОЧНИК: UKRAINIAN LAW FIRMS 2020. A HANDBOOK FOR FOREIGN CLIENTS