Читать PDF

ДИРЕКТОРИЯ ЮФ

ОТРАСЛИ ПРАКТИКИ

Марьян МАРТЫНЮК,

Родился в 1983 году в городе Надворной Ивано-Франковской области. В Венском университете изучал международное и европейское экономическое право, в Тернопольском национальном экономическом университете — право и экономику, а также учился по стипендии DAAD в Университете Пассау (Германия). Владеет двумя иностранными языками: английским и немецким.

С 2010 года работает в АО MORIS. Занимает должность старшего партнера, руководителя практики корпоративного права и М&A. Специализируется в отраслях корпоративного права и М&A, финансового права.

Вошел в число лучших юристов Украины рейтинга «Выбор клиента. 100 лучших юристов Украины — 2018», а также лучших юристов практики банковского и финансового права рейтинга «Выбор клиента. 100 лучших юристов Украины — 2020».

Деньги — вперед!

«Инвесторы — не филантропы, пришедшие в Украину развивать ее, как это нередко подают в СМИ, а прагматичные бизнесмены, желающие заработать деньги»
поясняет Марьян Мартынюк, старший партнер, руководитель практики корпоративного права и М&A АО MORIS

 

— Большая приватизация, повсеместная правовая реформа, децентрализация и институт инвестиционных нянь были заявлены властью в качестве инструментов привлечения инвесторов. Спустя год «спрос на Украину» вырос? 

— По опыту нашей компании и моему личного опыту последнего времени могу сказать, что все эти «инструменты привлечения инвесторов», некогда вселявшие оптимизм, ныне вызывают не столько приток инвестиций, сколько, увы, горькую улыбку. И сегодня контекст этой улыбки отчетливо понимают и наши клиенты, и другие потенциальные инвесторы в Украину.

Нельзя не признать, что государство действительно делает значительные шаги вперед, например, в направлении «распродажи» неэффективно управляемых или не используемых активов как в рамках приватизации государственного имущества, в том числе в традиционно монопольных сегментах рынка, так и путем продаж distressed-активов неплатежеспособных банков, управляемых ныне Фондом гарантирования вкладов физических лиц (ФГВФЛ). Так, недавно мы все были свидетелями громкой реализации столичного отеля «Днепр» и целого ряда знаковых активов банков-банкротов. Уже в ближайшее время ожидается продажа активов государственных банков. В порядке приватизации своих частных собственников находят не только локальные объекты, но и первые заводы «Укрспирта».

Инвесторы с интересом следят за этими процессами и, оценив риски, время от времени заходят в Украину. Однако пока приобретать значительные активы готовы либо внутренние, либо уже знакомые с Украиной инвесторы.

 

— Что останавливает «новичков»?

— Ключевым фактором остается оценка рисков с точки зрения бизнеса. Пока в аналогичный актив в Украине прагматичные бизнесмены готовы вкладывать значительно меньшие суммы (читай — рисковать потерей инвестиции и дополнительными расходами на ее обслуживание) по сравнению с многими другими странами Восточной Европы, с которыми Украина конкурирует на глобальном рынке.

 

— И все-таки новые инвесторы заходят? Каков их процент?

— Рост инвестиций и приход новых действительно имеют место, наверное, правительство по итогам года подсчитает их.

По практике нашей компании могу констатировать, что у нас появились новые клиенты, осуществившие в этом году прямые инвестиции в Украину. Это компании со 100-процентным иностранным капиталом. Некоторые из них давно присутствуют в Украине и сейчас активизировали свои инвестиционные программы, другие открыли для себя нашу страну совсем недавно и теперь на практике изучают и механизмы инвестирования, и, к сожалению, работу государства по защите уже осуществленных инвестиций.

 

— В какие секторы и отрасли, помимо аграрной, сегодня готовы вкладываться иностранцы в Украине?

— Из того, с чем работает или работала команда нашей фирмы, это ІТ, инфраструктура, отельно-развлекательный бизнес, строительство, логистика, добывающая и пищевая промышленности. Но тут надо понимать, что для многих инвесторов отрасль и сфера не имеют значения. Их бизнес — это и есть инвестирование в чистом виде. Такие инвесторы рассматривают любые финансово интересные проекты, если есть понятная и законная модель взаимоотношений с государством и высокая прибыльность при минимальных рисках.

 

— Много говорят, что инвестиции тормозят непонятное налогообложение и низкий уровень доверия к судам. Вы согласны с этим? Неужели в других странах налоги рассчитываются намного легче?

— Что касается налогообложения как фискальной функции государства, а не практики работы налоговых органов в Украине, то мне сложно согласиться с утверждением о его сложности. Наша налоговая система, на мой взгляд, не самая сложная в Европе, а ставки налогов порой существенно ниже. Кроме того, при правильном структурировании всей деятельности инвестора в стране при помощи законных механизмов можно оптимизировать налоговую нагрузку до вполне приемлемого уровня. Конечно, если сам бизнесмен начнет изучать Налоговый кодекс Украины, он покажется ему непонятным, юрист же сможет довольно быстро дать ответ на запрос клиента относительно оценки уровня отчислений в фиск. Впрочем, даже высокие ставки налогов не являются тормозящим механизмом для инвестора — прозрачный бизнес с пониманием относится к этой обязанности.

А вот что касается второй части утверждения, увы, приходится согласиться. Вот свежий и весьма иллюстративный пример плачевности всей ситуации: совсем недавно один мой клиент, иностранец, глава компании, совершившей накануне значительную инвестицию в Украину, прислал мне ссылку на новость относительно известного решения Конституционного Суда Украины № ­13-р/2020 с печальным эмодзи и текстом «Грустно за Украину». О каком доверии к судам может идти речь?

Более того, негативная работа всей правоохранительной системы и судов часто является едва ли не основным раздражителем и препятствием для инвесторов. Не единичны случаи, в том числе в практике нашей фирмы, когда на только что приобретенный инвестором актив судами налагаются аресты и другие запреты в рамках самых разных уголовных производств. Что удивительно, они появляются, как только объект приобретает инвестор и в него начинают вливаться реальные деньги. До этого десятилетиями загибающийся актив будто не существовал вовсе — им не интересовались ни местные активисты, ни политики разного уровня. Примечательно и то, что подобная активность проявляется в отношении как активов из частного сектора, так и реализованных государственными учреждениями на публичных аукционах. Это и вызывает резкую критику в адрес государства со стороны иностранных инвесторов, которые (весьма небезосновательно) расценивают подобные проявления не иначе как шантаж и провокации. В таких случаях мы обычно слышим призывы инвесторов к руководству страны, публичные обращения и заявления в посольства, к широкой общественности через СМИ.

 

— Как часто инвесторам приходится обращаться в украинские суды для защиты своих прав? Какие основные причины обращения?

— Мне представляется, что вопрос обращения в суд для защиты права собственности и, соответственно, сделанной инвестиции — это всего лишь вопрос времени. Кроме последствий сомнительных действий со стороны правоохранителей, инвесторы нередко становятся жертвами банального рейдерства и подделок документов. Впрочем, в таких случаях бизнес прежде всего пытается восстановить справедливость в Коллегии по рассмотрению жалоб в сфере государственной регистрации при Министерстве юстиции Украины, поскольку судебная защита требует значительно больших затрат времени.

В целом, напомню, инвесторы хотят, что неудивительно, заниматься своим бизнесом по четко установленным правилам. Правила не всегда должны быть простыми, главное, чтобы они соблюдались всеми и не менялись неоправданно часто. Проще говоря, инвесторы — не филантропы, пришедшие в Украину развивать ее, как это часто подают СМИ, а прагматичные бизнесмены, желающие заработать деньги. Поэтому для них время является критично важным фактором, ведь стоимость денег со временем имеет свойство уменьшаться.

И хотя, по нашему опыту, большинство кейсов рано или поздно разрешаются в пользу инвестора, потери времени на судебные дела, на противостояние рейдерам, незаконным арестам и запретам и на другие вызовы украинских реалий являются важным фактором, закладываемым в бизнес-модель при принятии решения инвестировать в Украину.