ДИРЕКТОРИЯ ЮФ

Судебная практика

ЕВГЕНИЙ КОЛОМИЕЦ ,
управляющий партнер VDA Group

Родился в 1986 году в Дилижане (Армения). В 2008 году окончил Национальный университет «Одесская юридическая академия», магистр права. В 2012 году получил свидетельство о праве заниматься адвокатской деятельностью. Также получил степень MBA in Leadership в ­Киево-Могилянской бизнес-школе, специалист по квалификации «менеджмент организаций и администрирование».

В течение шести лет работал в ЮФ «Лавринович и Партнеры». В 2014—2015 годах проходил военную службу по мобилизации. Принимал участие в антитеррористической операции на востоке Украины. В 2015—2016 годах возглавлял АО «Вокс Легум». В 2016 году стал партнером и руководителем практики по взысканию задолженности в исполнительном производстве ЮФ VDA Group.

Имеет большой опыт работы в защите интересов клиентов в сфере корпоративных конфликтов и в управлении комплексными проектами, которые требуют ведения многочисленных судебных дел. Предоставляет консультации украинским и международным клиентам в рамках гражданского и хозяйственного судопроизводства, банкротства и исполнения судебных решений.

Не по местам

«Вопрос назначения судей в местные суды вновь откладывается, и это больше всего отразится на доступе к правосудию»
считает Евгений Коломиец, управляющий партнер VDA Group

 

— Какие юридические советники сегодня нужны бизнесу?

— Клиент, который обращается в юридическую фирму, прежде всего хочет получить полный спектр юридических услуг. Сегодня бизнес нуждается в универсальных юристах, которые смогут предоставить квалифицированную консультацию по любому вопросу. Задача нашей компании состоит в предоставлении клиентам профессиональной помощи юристами, каждый из которых является экспертом в своей сфере. 

 

— С какими проблемами к вам чаще всего обращались клиенты в уходящем году?

— Нашими основными клиентами являются крупные предприятия и банковский сектор, поэтому значительная часть обращений связаны с взысканием задолженности. В то же время достаточно большое количество дел касаются оспаривания решений контролирующих органов, которые все чаще, причем далеко не всегда обоснованно, выдвигают свои претензии к бизнесу.

Также отмечу активное развитие уголовной практики. Сейчас практический любой спор с налоговыми органами сопровождается открытием уголовного производства, поэтому клиентам необходима комплексная защита: и судебная, и уголовная.

В последнее время все больше сталкиваемся с правоохранительными органами. К сожалению, давление на бизнес со стороны правоохранительных органов не прекратилось, а в некоторых случаях даже, наоборот, возросло, что приводит к сопровождению с нашей стороны большого количества различных уголовных дел. Среди приоритетных направлений обозначу земельные споры, в том числе с органами местного самоуправления в части выделения земельных участков, расторжения договоров аренды и т.д. В этих правоотношениях часто присутствует политическая составляющая, решения органов местной власти не всегда соответствуют букве закона.

 

— Судебная реформа в Украине снова далека от завершения. Тем не менее ощутили ли вы результаты тех новаций, которые уже внедрены?

— Убежден, что проводить судебную реформу при каждой смене власти в стране неправильно. Судебная ветвь власти должна быть независимой, а мы наблюдаем тенденцию, когда власть, которая приходит после выборов, проводит судебную реформу и тем самым демонстрирует свое главенство и контроль над судебной системой. Я противник постоянных судебных реформ.

Если говорить о той реформе, которая была начата в 2014 году, то в ней однозначно есть позитивные моменты — это и создание нового Верховного Суда, и запуск Высшего антикоррупционного суда. Но то, что сейчас происходит частичная отмена этой реформы, в частности уменьшение количества судей Верховного Суда, считаю шагом назад. Те люди, которые пришли сегодня в Верховный Суд, являются профессионалами высокого уровня, но даже они не успевают рассматривать вовремя огромное количество судебных дел.

Позитивнее ситуация выглядит в хозяйственной юрисдикции, где судьи в большинстве случаев придерживаются сроков. Но что касается судов уголовной, гражданской и административной юрисдикции, то там объемы нагрузки настолько велики, что люди годами ждут вынесения решения последней инстанцией, а после принятия решения о сокращении количества судей Верховного Суда ждать будут еще дольше.

Безусловно, есть проблемные моменты, которые не были учтены при проведении реформы. Суды начали реформировать сверху, тем временем в некоторых местных судах вообще не осталось судей. Мы видим большое количество неназначенных судей и большое количество судебных споров, которые рассматриваются в Верховном Суде, об отмене судейских конкурсов. Сейчас принято решение о перезагрузке ВККС, следовательно, вопрос назначения судей в местные суды вновь откладывается. И эта проблема больше всего отражается на гражданах, на доступе к правосудию. Из практики: подаешь исковое заявление в августе, а суд назначает заседание на апрель следующего года. И это сплошь и рядом.

 

— А как вы оцениваете ситуацию с исполнением судебных решений? Каковы здесь позиции юрфирм? Можно ли говорить о становлении нового сегмента услуг?

— Несомненно, введение института частных исполнителей можно только приветствовать. С ними намного комфортнее и эффективнее работать, чем с государственной исполнительной службой. Решения судов, как правило, исполняются в отведенные сроки, а должникам стало сложнее уклоняться от их исполнения.

Если раньше нужно было самому просить госисполнителя, который завален другими делами, совершить те или иные действия, то частные исполнители выполняют свою работу гораздо активнее. Поскольку этот рынок еще не перенасыщен, частные исполнители заинтересованы в клиентах точно так же, как и юрфирмы заинтересованы в своевременном и качественном исполнении судебных решений. Частный исполнитель мотивирован вознаграждением, которое он получает по результатам эффективной работы, поэтому кооперация с юристами продвигается продуктивнее.

 

— Как долго на юррынке продлится доминирование судебной работы над трансакционной? Способствуют ли выравниванию ситуации уже ­проведенная и новая судебные ­реформы?

— Считаю, что судебная практика была, есть и будет доминирующей в нашей стране. Все споры у нас решаются в основном в судах. Соответственно, для юрфирм наличие судебных департаментов всегда было ключевым фактором, приносящим доход в любых условиях. Мы не исключение, в банковском секторе судебных споров меньше не становится, скорее наоборот. И перспектив стабилизации ситуации я пока не вижу — с учетом того количества банков, которые были выведены с рынка с 2014 года, только из-за этих действий споров стало больше. Судятся как вкладчики с банками, так и банки с заемщиками. Отдельная категория — споры с участием акционеров банков. Реалии в стране таковы, что работа для юристов-судебников точно будет.

В то же время, поскольку Украина поднялась в рейтинге Doing Business, мы рассчитываем, что трансакционной работы станет больше. Приход иностранного капитала требует квалифицированного сопровождения со стороны юристов. Радует, что даже госорганы при тех или иных трансакциях не только используют свой штатный персонал юристов, но и привлекают внешних советников с помощью тендеров, госзакупок — это также достаточно интересный сегмент для юрфирм.