ДИРЕКТОРИЯ ЮФ

ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНАЯ СОБСТВЕННОСТЬ

ІР-адрес

2017 год не стал переломным для сферы интеллектуальной собственности. ІР-реформа стоит на паузе, а вступление в силу Соглашения об ассоциации с ЕС хоть и повысило уровень ІР-охраны, но вскрыло новые проблемы правоприменения. Безусловным позитивом считается создание ІР-суда. Первые шаги к «интеллектуальному правосудию» сделаны

КРИСТИНА ПОШЕЛЮЖНАЯ

Реформам нужны драйверы. Если драйверы уходят (или у них пропадает интерес) — реформа останавливается. Некоторое время она движется по инерции, но остановка неизбежна. А еще реформам нужно видение — что в итоге мы (или реформаторы) хотим получить. Необходима некая пошаговая инструкция или, если хотите, дорожная карта достижения конечного пункта. В противном случае реформа просто заблудится в лабиринте.
Реформа сферы интеллектуальной собственности исключением не стала. Даже не так. Реформа ІР-сферы стала ярким примером, показывающим, как реформы делать не нужно. По итогам ее проведения рынок должен был получить Национальный орган интеллектуальной собственности (НОИС) — единственный централизованный орган для исполнения функций по выдаче охранных документов по принципу «единого окна». На деле рынок получил «окно, заколоченное досками». Создание НОИС было предусмотрено законопроектом «О Национальной системе охраны интеллектуальной собственности в Украине». Он разработан больше года назад Научно-исследовательским институтом интеллектуальной собственности НАПрН Украины и с этого момента претерпел значительные изменения. По последней информации, проект находился на рассмотрении профильного министерства. Его дальнейшая судьба неизвестна.
Весь прошлый год государство кормило ІР-рынок декларациями: мы ликвидировали Государствую службу интеллектуальной собственности (ГСИС) Украины (23 сентября 2016 года), но она продолжает работать; мы предусмотрели Высший суд по вопросам интеллектуальной собственности (­ІР-суд) в законодательстве, но он пока не создан. В ­2017-м декларации стали реализовываться на практике. В начале мая с.г. Кабинет Министров Украины передал функции ГСИС Украины по реализации госполитики в ІР-сфере Министерству экономического развития и торговли (МЭРТ) Украины. Департамент интеллектуальной собственности МЭРТ возглавил Валерий Жалдак.
Как ни странно, но после передачи функций МЭРТ рынку легче жить не стало. Скорее наоборот. Да и риторика министерства несколько изменилась. Там жаловались на то, что функции ГСИС не свойственны МЭРТ и говорили о завершении только первого этапа реформы.

Правовой ландшафт
С законодательным регулированием сферы дела также обстоят не очень хорошо. Со второй попытки в мае 2017-го парламент принял Закон «О государственной поддержке кинематографии в Украине». Данный документ расширяет перечень терминов закона об авторском праве и смежных правах, а также дополняет «магнум опус» по авторскому праву нормами относительно порядка прекращения нарушений в сфере копирайта с использованием сети Интернет, содержит обязательства поставщиков услуг хостинга по обеспечению защиты копирайта в Интернете.
В начале года в Верховной Раде Украины был зарегистрирован законопроект относительно усовершенствования правовой охраны интеллектуальной (промышленной) собственности (№ 5699). Документ был достаточно перспективным, так как был внесен правительством и направлен на имплементацию норм Соглашения об ассоциации между Украиной и ЕС по «интеллектуальной части» (главной изюминкой проекта является процедура админобжалования выданных охранных документов на пром­образцы — post-grant opposition). Совсем скоро этому законопроекту исполнится год, и вера в его перспективность угасает. Такая же история с проектом № 6023 относительно усовершенствования охраны географических указаний.
В августе-сентябре в парламенте были зарегистрированы сразу четыре законопроекта, направленных на деятельность организаций коллективного управления (ОКУ). Именно деятельность национальных ОКУ мозолит око нашего «американского друга» — Офиса торгового представителя США (USTR). Но упорядочить хаос на рынке спора и распределения роялти Украина пока не в состоянии. Тем временем ОКУ стали завсегдатаями хозсудов — споров о защите авторских прав и взыскании компенсации за их нарушение стабильно много.
Старший партнер АО «Коннов и Созановский» Сергей Коннов обращает также внимание на проект относительно усовершенствования правовой охраны изобретений и полезных моделей. Документом предлагается усовершенствованная модель охраны полезных моделей: объектом может быть только устройство, устанавливается административная процедура признания недействительным права собственности на полезную модель, на патентное ведомство возлагается обязанность предоставить по заявлению любого лица в течение шести месяцев официальный отчет поиска по поданной заявке. Этот документ пока находится на обсуждении профильного министерства.
Теперь о самом интересном. 1 сентября с.г. Соглашение об ассоциации с ЕС вступило в полную силу. Документ существенно усиливает уровень охраны ІР-объектов. Возьмем, к примеру, промышленный образец. Соглашение увеличивает срок охраны промышленного образца с 15 до 25 лет, изменяет содержание понятия новизны. Предусматривается охрана незарегистрированного промобразца.
Как видим, национальный законодатель оказался не готовым к имплементации «европейских золотых стандартов». На этот счет у государства был план «Б». По Закону Украины «О международных договорах Украины», если в международном договоре Украины определены правила, отличающиеся от предусмотренных в соответствующем акте законодательства Украины, то применяются правила международного договора.
Будущее уже здесь
Если бы мы попросили юристов выделить самое знаковое событие 2017 года в IP-сфере, убеждены, в один голос они бы назвали создание ІР-суда. Да, в прошлом году юристы говорили то же. Но если в 2016-м этот суд выглядел скорее как мираж в пустыне, то в 2017-м стал уже оазисом.
В вопросе создания ІР-суда законодатель ограничил принятие решения Президентом 12 месяцами. Глава государства тянул до последнего. Специализированный суд был создан указом от 29 сентября с.г. Днем позже ВСП согласовал количество судей ІР-суда — 21 штатная единица. В этот же день ВККС объявила конкурс на занятие 21 вакантной должности. Прием документов от судей, адвокатов и патентных поверенных, желающих стать первопроходцами «интеллектуального правосудия», стартовал 1 декабря.
Кроме того, парламент изменил процессуальные правила игры — принял новые процессуальные кодексы. Спецсуд будет работать по правилам хозпроцесса. Он будет действовать как суд первой инстанции, и в его структуру должна входить апелляционная палата. Последней инстанцией для «интеллектуальных дел» станет Верховный Суд — он, в отличие от ІР-суда, заработает совсем скоро.
Чего ожидает рынок от деятельности нового суда? Илларион Томаров, советник, руководитель IP/IT-практики Taylor Wessing Ukraine от IP-суда ожидает одного — появления в решениях настоящей мотивировки с анализом аргументов и доказательств, толкованием норм и восполнением пробелов. «Прежде всего это означает, что суд откажется от цитирования фрагментов заключения судебной экспертизы, выдавая их за мотивировку», — уточняет он. Он надеется, что суд перейдет от стандартных фраз («суд критически оценил доказательства») к детальной оценке доводов сторон.
«Создание такого суда — это важный шаг в усилении механизмов защиты прав на объекты интеллектуальной собственности. Специализация судей, отсутствие отдельных апелляционных институтов (решения этого суда как суда первой инстанции будут пересматриваться апелляционной палатой этого же суда) могут сократить время рассмотрения дел и повысить качество принимаемых решений», — комментирует Сергей Коннов. Следующий год покажет, удастся ли реализовать задуманное.
Г-н Томаров считает, что Соглашение об ассоциации с ЕС повлияет на защиту интеллектуальных прав только через суд, который сформирует практику применения новых норм. «Надеюсь, что нормы Соглашения подтолкнут суды к активному применению базовых понятий «добросовестность» и «разумность» для оценки действий сторон и квалификации спорных правоотношений», — рассчитывает он.

Интеллектуальное правосудие
Все это перспективы будущего. Здесь и сейчас в судебной практике тоже немало интересного, хотя особого бума не наблюдается.
«Создание ІР-объектов активно происходит тогда, когда экономика ­начинает развиваться, — комментирует судья Кассационного хозяйственного суда ВС Богдан Львов, который до последнего времени возглавлял ВХСУ и является едва ли не самым известным ІР-судьей. — В такие периоды соответственно растет и количество судебных споров этой категории. Сейчас, к сожалению, приходится констатировать, что «взрыв» споров по изобретениям у нас не наблюдался. По-прежнему актуальной остается защита авторских прав и торговых марок». По его мнению, увеличение количества споров, касающихся именно изобретений, будет свидетельствовать об оживлении экономики и обновлении ее материальной составляющей.
Сергей Коннов подтверждает эту тенденцию: «Зачастую клиенты обращаются к нам по вопросам регистрации прав на знаки для товаров и услуг и защиты в случае нарушения прав на эти объекты». Он говорит, что интеллектуальная собственность сегодня является одним из самых динамично развивающихся институтов права. Современные технологии предоставляют новые возможности капитализации интеллектуальной собственности и открывают новые рынки. «Соответственно, появляется необходимость в правильной и своевременной охране новых объектов, а также в качественной и профессиональной защите результатов творческой деятельности», — акцентирует внимание г-н Коннов.
Среди тенденций трех последних лет Илларион Томаров выделяет расширение объема охраны авторским правом двух объектов: «слово» (название произведения или персонажа) как обозначение для товаров и «технические условия» как предмет заимствования конкурентами. «Подобное расширение способно повлечь за собой злоупотребление правом: например, авторское право не может запретить изготовлять продукцию по чужим техническим условиям, хотя суды иногда удовлетворят такие требования», — приводит пример комментатор. В части борьбы с контрафактом (если удалось приостановить оформление партии товара на таможне) все больше дел доходит до суда. С другой стороны, продажа контрафактных товаров через интернет-магазины позволяет нарушителям долго оставаться анонимными или менять сайт, продолжая торговлю. «Пока не появилось эффективное средство блокирования сайтов с контрафактом, приходится комбинировать разные варианты способов защиты», — отмечает наш собеседник.
Среди самых громких дел Илларион Томаров называет два. Первое — спор «Ощадбанка» об отмене ТМ «СБЕРБАНК», успешно для истца прошедший первую инстанцию, но застрявший на шесть месяцев в апелляции, сохранит интригу и в 2018 году. «Вероятно, в деле будут разрешены такие вопросы: допустим ли такой способ защиты, как смена наименования юридического лица, и присуща ли потенциально общеизвестному знаку достаточная различительная способность», — прогнозирует г-н Томаров.
Второе — дело № 910/22952/16, в котором затронуты два важных аспекта использования фонограмм в аудиовизуальных произведениях: является ли исчерпывающим перечень способов использования фонограммы, установленный в законе, и как соотнести право использования фонограммы без согласия, но с выплатой вознаграждения, установленного законом, с правом лицензиата требовать компенсации за якобы незаконное использование? «ВХСУ вернул дело на новое рассмотрение, а истец отказался от иска, потому вопросы остались без ответов, несмотря на решения других судов, где эти вопросы толкуются иначе», — уточняет Илларион Томаров.
Он вспоминает и о других нашумевших ІР-спорах: дело о нарушении патента на глазной антисептик, который ответчик выпускал под названием «Мирамистин»; спор о схожести названий лекарственных средств «Милдронат» и «Милдрокард», в котором суд учел особенности покупки потребителем рецептурных препаратов; многолетний спор о губке для мытья посуды, форма которой зарегистрирована как объемная торговая марка.
Подведем итоги. Мнения представителей рынка относительно ІР-системы довольно полярные. «Развалили систему!» — разочарованно воскликнут одни. Другие будут более сдержанными в своих высказываниях и скажут, что некоторые шаги на пути к «светлому будущему» все же сделаны, а эффективная защита ІР-прав — вопрос не только регулятора, но и законодателя, и судебной власти, и самих представителей рынка. Ведь, как говорят, начинать нужно с себя.

Комплексная забота

БОГДАН ЛЬВОВ, судья Кассационного хозяйственного суда в составе Верховного Суда

Надлежащая регламентация хозяйственной деятельности приобретает сегодня особую актуальность в связи с подписанием Соглашения об ассоциации Украины с ЕС.

Защита в сфере интеллектуальной собственности относится к категории наиболее сложных хозяйственных и гражданских дел. Более того, самим обладателям ІР-прав невероятно тяжело получить надлежащую защиту, не имея специальных знаний.

Практике известны случаи, когда люди искали определенный суд, где судьи ориентируются в этих вопросах, даже регистрировались предпринимателями, только чтобы спор попал в хозяйственный суд с соответствующей специализацией судей. Целая категория, измеряемая сотнями дел, «умерла» после их передачи в районные суды. К сожалению, судьи районных судов оказались не подготовленными, поскольку даже в хозяйственных судах, где специализация по этому направлению существует более 15 лет, качество рассмотрения такой категории дел нестабильное.

Следовательно, концентрация рассмотрения всех дел в сфере защиты прав интеллектуальной собственности в одном суде, а именно — в Высшем суде по вопросам интеллектуальной собственности, позволит повысить качество правосудия, эффективность защиты имущественных прав субъектов ІР-правоотношений. Поэтому бесспорным плюсом можно назвать тот факт, что споры из общей, административной и хозяйственной юрисдикций передадут в «одни руки», и одни и те же дела не будут рассматриваться в разных юрисдикциях.

Кроме того, все изменения в процессуальном законодательстве направлены на повышение эффективности защиты, качества рассмотрения дел, на унификацию украинского законодательства с законодательством ЕС. Иными словами, во главу угла ставится защита прав, а все остальное подчиняется основной цели, то есть эффективности, для чего и преду­сматриваются в отдельных случаях свидетели в хозяйственном процессе, ужесточение ответственности за воспрепятствование разрешению дел, эффективные инструменты предотвращения злоупотреблением правом и т.д.

Все это должно работать в комплексе: с одной стороны, сам процесс будет повышать эффективность судебной защиты, а с другой — вступление в силу экономической части Соглашения, желательно с одновременным обновлением украинского законодательства, модернизацией нормативно-правовой базы, и создание IP-суда дадут обществу профессиональных судей.

ЛИДЕРЫ РЫНКА. ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНАЯ СОБСТВЕННОСТЬ

АВТОРИТЕТНЫЕ ЮРИСТЫ

Михаил Дубинский

(«Дубинский и Ошарова»)

Антонина
Пахаренко-Андерсон

(«Пахаренко и Партнеры»)

Ведущие юристы

1

 

Ярослав ОгневЬюк

(«Дубинский и Ошарова»)

2

 

Александр Мамуня

(Aequo)

3

 

Александра Пахаренко

(«Пахаренко и Партнеры»)

4

 

Руслан Дробязко

(Baker McKenzie)

5

 

Юлия Семений

(Asters)

Ведущие
юридические фирмы

1

 

«Пахаренко и Партнеры»

2

 

«Дубинский и Ошарова»

3

 

Aequo

4

 

Baker McKenzie

5

 

Sayenko Kharenko

ДРУГИЕ ИЗВЕСТНЫЕ
юридические фирмы*

Arzinger

Asters

DLA Piper Ukraine

IPStyle

«Василь Кисиль и Партнеры»

«Городисский и Партнеры»

«Егоров, Пугинский, Афанасьев и Партнеры»

«Ильяшев и Партнеры»

«Коннов и Созановский»

«Михайлюк Сороколат и Партнеры»

«Синергия»

ДРУГИЕ
ИЗВЕСТНЫЕ ЮРИСТЫ*

Петр Боровик

(«Боровик и Партнеры»)

Жанна Бражник

(PwC Legal)

Ирина Кириченко

(«Ильяшев и Партнеры»)

Тарас Кислый

(«Егоров, Пугинский, Афанасьев и Партнеры»)

Антон Коваль

(«Дубинский и Ошарова»)

Юлия Кольченко

(Baker McKenzie)

Евгений Компанец

(«Пахаренко и Партнеры»)

Анна Кравчук

(«Синергия»)

Вадим Михайлюк

(«Михайлюк, Сороколат и Партнеры»)

Екатерина Олийник

(Arzinger)

Мария Ортинская

(IPStyle)

Александр Падалка

(Sayenko Kharenko)

Наталия Пахомовская

(DLA Piper Ukraine)

Владислав Подоляк

(«Василь Кисиль и Партнеры»)

Виктория Сопильняк

(«Дубинский и Ошарова»)

Илларион Томаров

(Taylor Wessing Ukraine)

Елена Шамрина

(«Пахаренко и Партнеры»)