ДИРЕКТОРИЯ ЮФ

Налоговая практика

ДАНИЛ ГЕТМАНЦЕВ ,

Родился в 1978 году в Киеве. В 2000 году с отличием окончил юридический факультет Киевского национального университета им. Тараса Шевченко. В 2004 году получил свидетельство о праве на занятие адвокатской деятельностью. С 2000-го по 2007 год работал в Киевском национальном университете им. Тараса Шевченко на должности ассистента. Занимается юридической практикой с 1997 года. Основал в 2003 году юридическую компанию Jurimex и является ее почетным президентом. С 2013 года и по настоящее время занимает должность профессора кафедры финансового права юридического факультета Киевского национального университета им. Тараса Шевченко. Специализация: банковское право и финансы, налоговая практика, судебные споры и арбитраж. Доктор юридических наук.

 

Услышать избирательно

«Нельзя провести налоговую реформу, угодив электорату, так как он всегда будет против налогообложения как такового»
описывает нюансы реформ Данил Гетманцев, почетный президент ЮК Jurimex

— Данил Александрович, сейчас разрабатывается несколько вариантов очередной налоговой реформы. Какая концепция вам ближе?

— Я не думаю, что какая-либо из концепций достойна того, чтобы претендовать на целостную налоговую реформу. Сегодня существуют два основных подхода: проект Министерства финансов Украины и проект Комитета Верховной Рады Украины по вопросам налоговой и таможенной политики. К сожалению, эти проекты — лишь взгляд их авторов на будущее налоговой системы Украины с точки зрения «свободного художника», не стесненного ответственностью за принятые решения. Конечно, критиковать легче, однако мир не знает успешных налоговых реформ, которые были реализованы политиками, желающими построить на них свое политическое будущее. Налоговая политика — вещь непопулярная и неблагодарная. И налоговой реформой должны заниматься люди, которые не видят для себя политических перспектив, высококвалифицированные специалисты в сфере налогообложения. Кроме того, очень важно, чтобы они имели достаточный долгосрочный кредит доверия со стороны общества, бизнеса и власти. Этого сейчас нет.

Поэтому мой прогноз относительно будущего налоговой реформы скорее негативный. Но, с другой стороны, я не уверен, что наша налоговая система нуждается в реформировании, то есть в радикальной перестройке. Мне кажется, толку было бы больше, если бы реформаторы сконцентрировались на отдельных доработках налогового механизма, совершенствуя существующую налоговую систему, а не каждый раз изобретая велосипед без твердой уверенности в том, что он когда-то поедет.

 

— В процесс подготовки реформ активно вовлечены юристы. Какая площадка, какой формат дают возможность наиболее полно раскрыть реформистский потенциал юристов-практиков?

— К сожалению, первоначальный подход, связанный с вовлечением большого количества юристов и специалистов по налогообложению, оказался неудачным. Обсуждение налоговой реформы превращалось в балаган, а иногда и в цирк, не оставляя надежды на конструктив. Где два украинца, там три гетмана — эта старая поговорка нашла свое очередное подтверждение. Поэтому вскоре налоговые реформаторы разделились на два лагеря, что окончательно убило перспективы налогового реформирования законодательства в этом году. Хотя юристы и вовлечены в процесс реформирования, но дело до них пока не дошло. Ведь наша роль состоит в качественной работе над правовыми нормами, процедурами, правилами. Юрист-налоговик далек от чисто экономических расчетов. А, как известно, сейчас налоговая реформа застопорилась именно на этом.

 

— Но ведь некоторые предложения подкупают своей лояльностью к налогоплательщикам.

— Я об этом и говорю. Авторы-реформаторы крайне зависимы от электората, что не дает им возможности внести разумные и полезные для общества предложения в случае, если такие предложения будут непопулярны. Однако очевидно, что наше общество недостаточно созрело для того, чтобы принять какое-либо решение, которое идет вразрез с конкретными бытовыми интересами индивида, даже если оно принесет пользу в будущем. Таким образом, любой проект реформы должен предусматривать уменьшение налогообложения. Мне наша ситуация напоминает Семилетнюю войну в Европе в начале ХІХ столетия, когда Наполеон не имел достаточного финансирования собственных войск, поскольку не мог поднять налоги, придя к власти на плечах тех, кто был против их введения. В то же время Англия впервые на период войны ввела подоходный налог, который с лихвой профинансировал военную кампанию. Чем невозможность увеличения налогового бремени закончилась для Наполеона, мы хорошо знаем.

Нельзя провести налоговую реформу, угодив электорату, так как он всегда будет против налогообложения как такового. Простым людям очень сложно объяснить, что повышение налогового давления в стране, находящейся в состоянии войны, — мера вынужденная, но неотвратимая. Они не понимают, что уплаченный ими сегодня налог не вернется завтра в виде увеличения объема государственных услуг, а для построения нормального общества необходимы десятилетия жизни и работы с затянутыми поясами.

 

— Вместе с тем нужно сделать так, чтобы и власть не воровала…

— Конечно, «жертвы» со стороны и общества, и власти должны быть взаимными. Взаимным должно быть желание жертвовать сегодня, чтобы получить послезавтра. Однако такого желания у обеих сторон правоотношений пока нет. С этим и связан мой пессимизм относительно налоговой реформы.

 

— Ощущается ли эффект от введения системы электронного администрирования налога на добавленную стоимость (НДС)? Как в целом вы оцениваете перенос отношений плательщиков и фискалов в электронную плоскость?

— Абсолютно положительно. За этим, без всякого сомнения, будущее администрирования и правоотношений как таковых. Но особенность налоговых правоотношений состоит в динамичности и большом объеме норм. По абсолютно правильному утверждению Джозефа Стиглица, современная налоговая система должна соответствовать критерию гибкости: быстро (в разумных пределах) реагировать на развитие налоговых отношений таким образом, чтобы настигать объекты налогообложения (доходы) во всевозможных формах, подобно сети, ловя и крупную, и мелкую рыбку. Гибкость системы обусловливает ее динамику, а динамика требует других, отличных от бумажных, форм общения государства с налогоплательщиками.

И здесь речь идет не только об администрировании НДС (которое, к счастью, было реализовано государством, хоть и не так, как этого хотелось налогоплательщикам), а обо всей совокупности налоговых отношений, начиная от обсуждения законопроектов и заканчивая направлением в единое русло правоприменительной практики. Все это должно быть открыто и должно находиться в рамках одного или нескольких взаимосвязанных электронных ресурсов на базе государственной налоговой службы.

Честно говоря, именно это мы и попытались внедрить в рамках проекта Taxlink — специальной базы налоговых знаний, которая позволяет не только получить ответ на любой вопрос о налогообложении, но и обсудить проекты нормативных актов, поднять новый вопрос правоприменения, а также обратиться к иностранным источникам права.

 

— В рамках Taxlink решается вопрос информационного обеспечения и просвещения налогоплательщиков?

— Да, конечно, но не только. Проект разработан совместно с Национальной школой судей Украины. Это скорее ресурс для всех. Для всех, кто связан с налогообложением, как со стороны государства, так и с противоположной стороны правоотношений. Это та точка, в которой встречаются и налогоплательщики, и судьи, и налоговики, и законодатели, и адвокаты, ведь проблемы выработки правильной правоприменительной практики — наши общие ­проб­лемы, которые мы не можем решить поодиночке.