ДИРЕКТОРИЯ ЮФ

Налоговая практика

Сергей ВЕРЛАНОВ,

Родился в 1981 году во Львове. В 2003 году с отличием окончил юридический факультет Львовского национального университета имени Ивана Франко. В 2005 году получил свидетельство о праве на занятие адвокатской деятельностью.

До присоединения к Sayenko Kharenko в качестве партнера налоговой практики более семи лет представлял интересы клиентов в налоговых спорах, уголовных процессах, связанных с обвинениями в нарушении налогового законодательства, в одной из компаний «Большой четверки». Специализация — налогообложение, налоговые судебные споры, государственный сектор. Кандидат юридических наук с 2008 года.

Спектр изучения

«У фискальных органов высвободился временной ресурс для более сложных проверок»
отмечает тенденцию партнер ЮФ Sayenko Kharenko Сергей Верланов

— Какое место налоговая практика занимает в структуре системной юридической фирмы? И кто ваши основные конкуренты?

— В системной юрфирме налоговая практика, как правило, выделяется в самостоятельную практику. В нашей фирме сформирована отдельная команда во главе с партнером, занимающаяся исключительно налоговыми делами. В ее состав входят налоговые консультанты, юристы и адвокаты по уголовным делам. То есть подход к предоставлению налоговых юридических услуг является системным, всеобъемлющим. Фактически наша фирма идет к тому, чтобы предоставлять весь возможный спектр налоговых услуг определенными специалистами, закрепленными за отдельными направлениями.

Существует три категории основных конкурентов. Первая — «Большая четверка», вторая — фирмы, которые также являются системными и имеют налоговую практику, и третья — достаточно крупные фирмы, но исключительно с налоговым уклоном.

 

— В чем преимущества консультирования по налоговым вопросам в крупной юрфирме по сравнению с узкопрофильным бутиком?

— Конечно же, это опыт и системность. В любой сфере деятельности так называемый налет часов очень важен. Крупная юрфирма с хорошим потоком клиентов с разнообразными проектами дает налоговому специалисту возможность работать в разных сферах. И соответственно, в процессе реализации этих проектов специалисты приобретают опыт, который могут успешно применять при решении новых задач.

Кроме того, напомню, что у крупной юридической фирмы есть возможность предоставления всего спектра услуг. Более того, налоговое право, как правило, базируется на налоговой оценке той или иной хозяйственной операции или решения, которое принимает бизнес. Это деривативная оценка. А когда ты работаешь в крупной юридической фирме, тебе могут помочь ­коллеги-юристы в составлении правильной оценки сути той или иной операции либо решения. В маленьких же бутиках могут возникать вопросы, поскольку специализации по материальному праву им не хватает.

 

— С какими вопросами к вам преимущественно обращаются клиенты — это консалтинг или разрешение уже возникшего спора?

— В этом году консалтинговых услуг стало больше, что не может не радовать. Споров хоть и меньше, но они более сложные, и спектр вопросов существенно расширился по сравнению с предыдущими годами. Это связано с совокупностью различных факторов, в том числе и с кризисными явлениями в экономике, и с тем, что госбюджет выполняется в силу девальвации гривны, а не в силу активной проверочной работы. Поэтому у фискальных органов высвободился временной ресурс для более сложных проверок. Возникают вопросы, связанные с трансфертным ценообразованием и, более того, с обычными ценами (налоговая применяет сегодняшние концепции к прошлым периодам). Также возникают вопросы по бенефициарным собственникам. Налоговая подходит детальнее к анализу включения тех или иных услуг в валовые затраты по сути, а не только по формальным признакам или первичным документам.

 

— Согласны ли вы с тем, что проблем с налоговыми органами стало больше?

— Налоговые органы развиваются, и это очевидно. Ландшафт фискальной политики изменился, но не кардинально, а поступательно. Поэтому однозначно ответить на вопрос «стало ли проблем меньше?» сложно. Действительно, в количественном соотношении их меньше, но качественно они совершенно другие. А поскольку проблемы новые, кажется, что их больше.

 

— Назовите наиболее частые ошибки, которые допускает бизнес в процессе налогового планирования. Есть ли какие-то общие рекомендации?

— Тенденция, которая идет на спад, но все же еще остается актуальной, — это проверка контрагентов. С каждым годом совершенствуется судебная практика по применению концепции «надлежащей осмотрительности», и эта проблема некоторым образом уменьшилась с введением системы электронного администрирования НДС. Наша рекомендация: следует ввести систему «знай своего клиента», использовать ее элементы во внутренних процессах и держать руку на пульсе событий.

Вторая, более глубокая проблема — это превалирование сути над формой. В ближайшее время, по моему мнению, она войдет в топ самых актуальных. Это связано с тем, что бизнес в Украине исторически опирался на формы юридической сделки, хозяйственной операции, не обращая надлежащего внимания на ее суть. Документы оформлялись формально, формально проводились и толкования налоговых последствий. Следует напомнить и о практике Высшего административного суда Украины по этой категории споров, а также о том, что корни этой концепции заложены в Законе Украины «О бухгалтерском учете и финансовой отчетности в Украине». Соответственно, наша рекомендация — обращать внимание на суть хозяйственной операции.

Третья проблема — уровень документирования сделок. Налоговая, натренировавшись на «нереальных» сделках, выработала у проверяющих навык смотреть на уровень документирования сделки. К слову, в моей практике встречаются акты проверок, где достаточно аргументированно указываются недочеты в составлении документации. Таким образом, необходимо планировать уровень документирования с самого начала и в дальнейшем контролировать качество такого документирования.

Также сегодня на рынке мы наблюдаем последствия агрессивного международного налогового планирования. На это никто никогда не обращал внимания, поскольку украинский бизнес приучен к тому, что такие риски являются теоретическими. Я считаю, что по мере интеграции в Европейский Союз темы агрессивного налогового планирования, размытия налоговой базы, проблемные вопросы трансфертного ценообразования и превалирования сути над формой будут отрабатываться налоговыми органами.

 

— В каких случаях целесообразно прибегать к процедурам налогового due diligence?

— Целесообразно это делать во время трансакционной работы, но ее немного. Вместе с тем следует обращать внимание на полугодичные или квартальные налоговые проверки, которые проводят налоговые консультанты. Они действительно приносят добавленную стоимость к бизнесу, показывают готовность бизнеса к проверкам и к продажам.

В начале сентября вступили в силу изменения в Налоговом кодексе Украины, предусматривающие определенные послабления для бизнеса в случае подачи уточняющих деклараций в течение короткого промежутка времени. Это говорит о том, что самостоятельное выявление ошибок и их исправление приветствуются государством.

 

— Чего вы ожидаете от очередной налоговой реформы?

— Много копий сломано и будет сломано еще больше, поскольку в этот процесс вовлечено слишком много заинтересованных лиц и драйверов реформы.

Я бы ориентировался на структурные маяки, которые выставляет Международный валютный фонд.

В принципе, можно говорить о том, что каким-то образом будет преобразована система единого налога, потенциально отменен или трансформирован фиксированный сельскохозяйственный налог. Вместе с тем не думаю, что радикально изменятся система налога на прибыль и НДС. Следует отметить, что в силу величины Украины, рецепты стран, в которых проживает намного меньшее количество населения, применить достаточно сложно и рискованно, поскольку проб­лемы, возникавшие в этих странах во время имплементации таких реформ, для Украины будут иметь в десятки раз большую магнитуду.

Относительно уменьшения нагрузки на фонд заработной платы консенсус вроде как есть, интересен только порядок цифр. А остальное — это уже подарки под Новый год.