ДИРЕКТОРИЯ ЮФ

Налоговая практика

ПАВЕЛ ХОДАКОВСКИЙ ,

Родился 23 февраля 1977 года в г. Львове. В 1999 году окончил Институт международных отношений при Киевском национальном университете им. Тараса Шевченко (магистр международного права, переводчик с английского языка). В 2006 году окончил Дипломатическую академию Украины при МИД Украины (магистр внешней политики). До сотрудничества с АО Arzinger возглавлял Управление международно-правовой деятельности Секретариата Уполномоченного Верховной Рады Украины по правам человека, участвовал в разработке и реализации совместных проектов в области прав человека с такими международными организациями, как ПРООН, ОБСЕ, Совет Европы.

Павел Ходаковский является сертифицированным специалистом НКЦБФР по управлению активами. В 2014 году был избран вице-президентом Ассоциации налоговых советников.

Возглавляет практики трудового, налогового права АО Arzinger.

Информационное обобщение

«Правила международного обмена налоговой информацией динамично меняются — инструменты, которые были эффективны вчера, могут нанести вред бизнесу сегодня»
предостерегает Павел Ходаковский, партнер АО Arzinger

— Какие тенденции наблюдаются в сфере международного обмена налоговой информацией?

— В качестве глобальной тенденции следует отметить достижение критического уровня консенсуса в первую очередь национальными правительствами, международными организациями, а также большей частью бизнес-сообщества относительно необходимости существенного пересмотра объема и процедур международного обмена налоговой информацией с целью максимально ограничить возможности для агрессивного налогового планирования и уклонения от уплаты налогов.

Одна из ключевых задач в данном направлении — внедрение автоматического обмена налоговой информацией и вовлечение в такой обмен максимального количества стран.

В этом контексте возрастает также давление на низконалоговые (офшорные) юрисдикции с целью вовлечения их в международный обмен налоговой информацией. Ряд классических офшоров либо уже участвуют в действующих механизмах обмена налоговой информацией, либо согласились присоединиться к ним в самом ближайшем будущем, причем часть из них уже пересмотрела свое внутреннее корпоративное и налоговое законодательство.

Все активнее в качестве элемента системы обмена информации для налоговых целей выступают и финансовые учреждения, в частности банки.

 

— Как Украина вовлечена в эти процессы?

— Украина, как член Глобального форума ОЭСР (Организации экономического сотрудничества и развития) по прозрачности и обмену информацией для целей налогообложения, активно участвует в процессах внедрения новых моделей обмена налоговой информацией. Наше государство еще не присоединилось к механизмам автоматического обмена информацией для налоговых целей, но, убежден, это лишь вопрос времени.

 

— Если указанные вами механизмы обмена налоговой информацией в Украине не действуют, выходит, и беспокоиться не о чем?

— Не совсем так, ведь в наличии остаются другие «неавтоматические» механизмы. Сегодня обмен происходит, в частности, на основании Конвенции о взаимной административной помощи по налоговым делам, а также двухсторонних соглашений об избежании двойного налогообложения. Примечательно, что к Конвенции по административной помощи активно присоединяются государства-офшоры. В начале октября, например, присоединились Сейшельские острова, и уже известно о том, что низконалоговые юрисдикции все чаще отвечают на запросы украинской стороны и предоставляют налоговую информацию. Также с практической точки зрения интересна возможность проведения налоговых проверок за границей, предусмотренная Конвенцией по административной помощи.

Среди прочего следует отметить, что большинство соглашений об избежании двойного налогообложения ратифицированы Украиной еще в 1990-е годы и не учитывают современные стандарты обмена. Это служит основанием для отказа ряда государств в обмене налоговой информацией с Украиной. Действующая же редакция модельной конвенции ОЭСР, а также соглашения об избежании двойного налогообложения, заключенные Украиной на ее основе (например, с Кипром), предусматривают, что обмен информацией может производиться и относительно налогов, прямо не указанных в конвенции или соглашении, а также в отношении лиц, которые не являются резидентами сторон конвенции/соглашения.

 

— Кто осуществляет запрос на получение налоговой информации? Сколько обычно приходится ждать ответ?

— В Украине процедура обмена налоговой информацией осуществляется через Департамент международных связей Государственной фискальной службы, а также через Главное следственное управления финансовых расследований ГФС Украины (налоговую милицию). Время на обработку запроса на информацию составляет около пяти-шести месяцев. На сегодня обмен на основании запроса является основным инструментом для Украины.

 

— В бизнес-кругах активно обсуждается обмен информацией в рамках FATCA, чего ожидать от внедрения данного механизма?

— США заключили соглашения на основании FATCA с 76 странами, более чем с 30 странами, в том числе с Украиной, достигнута договоренность о применении соответствующих соглашений с определенной даты.

FATCA изначально нацелена на граждан и резидентов США и контролируемых ими юридических лиц и предполагает предоставление Службе внутренних доходов США (IRS) целевой информации о счетах, открытых в любых финансовых учреждениях на территории страны — участницы соглашения, в частности и Украины, такими резидентами США или их аффилированными лицами.

В то же время следует отметить, что именно FATCA лежит в основе разработки и применения более широкого механизма автоматического обмена налоговой информацией на базе соответствующего стандарта ОЕСР.

 

— Какие советы вы бы дали бизнесу во времена столь важных перемен?

— В первую очередь необходимо понимать, что правила игры в сфере международного налогового планирования динамично меняются. Те инструменты, которые были эффективны вчера, могут нанести вред бизнесу сегодня.

В сочетании с открытием реестров бенефициарных собственников групп компаний и полноценным запуском механизма трансфертного ценообразования обмен налоговой информацией может стать существенной помехой стандартным механизмам налогового планирования.

Кроме того, следует обратить внимание на недавнее принятие окончательной редакции рекомендаций в рамках программы ВЕРS — плана действий ОЭСР по противодействию размыванию налогооблагаемой базы и выводу прибыли из-под налогообложения. Данный комплекс действий уже одобрен министрами финансов «Большой двадцатки», и в ближайшее время усилия будут направлены на разработку механизмов его имплементации.

Что касается программы BEPS, то уже сегодня можно говорить о возрастающем внимании к прозрачности бизнеса и реальному присутствию бизнеса в соответствующем государстве для применения его преференциального налогового режима. То есть компаниям все чаще необходимо доказывать реальное осуществление коммерческой деятельности в таком государстве и справедливое пользование налоговыми льготами — и это лишь один из множества важных аспектов плана действий ОЕСР, с принятием которого правила «присутствия» и «реальности» становятся все сложнее. Также все чаще использование компаний, специально созданных для наличия «присутствия» в определенном государстве (conduit companies), признается незаконным.

Таким образом, международный бизнес сталкивается с необходимостью использовать новые подходы и более сложные решения, исходя из стремительно меняющихся правил игры.

Уже сегодня нужно понимать, что новые правила будут касаться всех без исключения международных групп компаний. В связи с этим я бы порекомендовал задуматься о реструктуризации бизнеса, чтобы справиться с новыми требованиями, избежать возможных неблагоприятных последствий и пристального внимания налоговых органов как Украины, так и государств, в которых группа имеет присутствие и/или пользуется преференциальными положениями налогового законодательства.