ДИРЕКТОРИЯ ЮФ

Судебная практика

Андрей Романчук ,

Родился в 1978 году в Ивано-Франковске. В 2002 году окончил юридический факультет Прикарпатского национального университета им. В. Стефаника (специальность «правоведение»), а в 2006 году — факультет международного права и бизнеса Львовского национального университета им. И. Франко, получив квалификацию «юрист-международник».

В 2002–2005 годах работал помощником-консультантом народного депутата Украины. С марта по июнь 2005 года возглавлял Главное управление правовой работы и внутренней политики Ивано-Франковской областной госадминистрации. Затем занимал должность первого заместителя председателя Ивано-Франковской ОГА.

С 2007 года — управляющий партнер юридической компании Moris Group, предоставляющей полный спектр услуг субъектам хозяйственной деятельности.

Дефицит Фонда

«Инструмент признания уполномоченным лицом Фонда ничтожными сделок, направленных на вывод активов перед введением в банке временной администрации, далек от совершенства»
сетует Андрей Романчук, управляющий партнер ЮК Moris Group

— Каковы последствия введения в банке временной администрации для клиентов этого банка?

— Последствия прежде всего зависят от того, в каком статусе находится клиент по отношению к банку — в статусе кредитора или должника. Введение временной администрации не слишком пугает должников, особенно тех, которые уже некоторое время до этого не обслуживали кредиты, а также тех должников, обязательства которых перед банком не были достаточно обеспечены залогом имущества с высокой ­лик­видностью. Такие должники надеются на низкую оценку прав требования по их кредитным договорам и ожидают выкупа своих кредитов со значительными дисконтами в случае ликвидации банка. А вот дисциплинированным клиентам, которые должным образом и своевременно выплачивали тело кредита и проценты, такой радости не видать — их кредиты обычно оценивают максимально высоко. В этом есть определенная несправедливость.

В значительно худшей ситуации находятся кредиторы банка, ведь во время действия в банке временной администрации не удовлетворяются требования кредиторов (в том числе вкладчиков), к банку не применяются финансовые санкции, невозможно также применить меры принудительного взыскания средств. Поэтому именно кредиторы заинтересованы не в ликвидации банка, а в его спасении путем поиска инвестора.

 

— С какими вопросами клиенты проблемных банков чаще всего обращаются в суд?

— Согласно статистике, наибольшее количество исков — это обращения в суд вкладчиков, которых на стадии временной администрации и ликвидации банка не включили по разным причинам в перечень, а затем и в общий реестр кредиторов. Такое случается, к примеру, если уполномоченное лицо Фонда гарантирования вкладов физических лиц (Фонд) признавало договоры банковского вклада ничтожными в результате различных манипуляций, которые приводили к искусственному повышению расходов Фонда в связи с гарантированными выплатами. Имеется в виду дробление депозитов на части (до 200 тыс. грн), «накачка» депозитов и т.п.

 

— Появились ли новые схемы получения заблокированных в проблемном банке средств?

— Возникновение новых схем вывода из банков заблокированных средств должна предотвращать не только судебная практика, но и законодательство. Последняя редакция профильного закона, принятая прошлым летом, ликвидировала некоторые пробелы, которые позволяли реализовывать схемы, в том числе путем зачета встречных однородных требований на этапе ликвидации банка. Вместе с тем инструмент признания уполномоченным лицом Фонда ничтожными сделок, направленных на реализацию различных схем, далек от совершенства. Практика сегодня складывается таким образом, что уполномоченному лицу Фонда все равно приходится доказывать в судебном порядке правомерность своих действий, имея в своем арсенале не совсем четкие и понятные критерии признания сделок ничтожными.

К успехам нашей компании следует отнести принятие Верховным Судом Украины решения, поставившего точку в попытке реализовать сомнительные схемы прекращения обязательства перед банком должника, который приобрел права требования по депозитным договорам и считал, что его обязательство является прекращенным с учетом положений статьи 606 Гражданского кодекса Украины, поскольку, по его мнению, произошло совпадение должника и кредитора в одном лице. В случае поддержки высшей судебной инстанцией такой позиции возникла бы реальная угроза создания практики, которая дала бы возможность скупать со значительными дисконтами депозиты отчаявшихся вкладчиков и не выплачивать банку долги.

 

— Как складываются взаимоотношения акционеров проблемных банков с Фондом?

— Существуют отдельные споры, инициированные акционерами некоторых банков, желающих инвестировать в спасение банка через третьих лиц, зарегистрированных, как правило, в экзотических юрисдикциях. Дело в том, что в процессе временной администрации исполнительная дирекция Фонда утверждает план урегулирования с обязательным соблюдением принципа наименьших затрат для Фонда. Этот план может предусматривать не только ­ликвидацию банка, но и продажу неплатежеспособного банка инвестору или создание и продажу инвестору переходного банка с передачей ему активов и обязательств неплатежеспособного банка. Однако Национальный банк Украины в последнее время настойчиво проводит политику прозрачности структуры собственности, требует раскрытия конечных бенефициарных владельцев банков, подтверждения их активов и платежеспособности. Кроме того, регулятор ужесточил требования к безупречной деловой репутации владельцев и менеджмента банков. Указанные факторы в совокупности привели к проблемам бывших акционеров в попытках вернуть банки под свой контроль.

 

— Есть ли примеры применения норм законодательства об ответственности (в том числе уголовной) связанных с банком лиц?

— Фонд инициирует иски с целью привлечения владельцев банков-банкротов и менеджмента к ответственности за ущерб, нанесенный банку в результате их неправомерных решений, действий или бездействия. Однако сложившаяся практика почти во всех случаях демонстрирует серьезные проблемы в эффективности таких методов. Главная причина в том, что закон, который дал возможность наказывать руководителей и владельцев банков (связанных с банком лиц), вступил в силу лишь в марте этого года, и его действие распространяется лишь на случаи доведения банка до неплатежеспособности, которые имели место после его введения.

На сегодня для возмещения нанесенного ущерба необходимо доказывать в судебном порядке, что ответчик является владельцем существенного участия, контролером или руководителем банка, наличие вины ответчика и причинной связи между действиями или бездействием и понесенными банком убытками как необходимого основания для применения такой меры ответственности, как взыскание убытков.

По состоянию на сентябрь 2015 года Фонд подал 243 заявления в правоохранительные органы против владельцев и руководителей неплатежеспособных банков на общую сумму 88,5 млрд грн. Треть этой суммы (28,9 млрд грн) составляют заявления, связанные с доведением банка до неплатежеспособности. Однако открытые уголовные производства, очевидно, еще далеки до своего логического завершения и часто используются скорее в качестве инструмента для достижения определенных тактических целей: возвращения утраченных банком документов с помощью выемки в рамках проведения следственных действий, наложения арестов на активы, которые были выведены с целью предотвращения их дальнейшей перепродажи и т.п.

Фактически не произошло даже громких задержаний, за исключением избрания судом для председателя наблюдательного совета «Терра Банка» меры пресечения на срок до 60 дней с возможностью внесения залога в размере 15 млн грн.

 

— А ведет ли Фонд работу по возврату выведенных из проблемных банков активов?

— Такая работа ведется и составляет отдельную большую категорию споров с участниками сделок, в результате которых из банков были выведены ликвидные активы незадолго до введения временной администрации. Фонд сегодня активно пытается вернуть утраченные активы, однако серьезным препятствием для этого является необходимость уплаты государственной пошлины при обращении в суд. В связи с огромной стоимостью выведенных активов, от чего зависит вычисление размера пошлины, а также необходимостью заявлять десятки исков одновременно, Фонд столкнулся в этом плане с серьезной проблемой, которая требует немедленных законодательных изменений.

Также, несмотря на значительный объем претензионно-исковой работы и ресурсную ограниченность, Фонд активно привлекает к сотрудничеству юридические компании, проводя конкурсный отбор. Такое сотрудничество возлагает на нас, частные компании, риски, связанные с текущими расходами, поскольку вознаграждение может быть получено исключительно в случае достижения желаемого результата — взыскания задолженности с должника.