ДИРЕКТОРИЯ ЮФ

Судебная практика

Вектор перемен

Судебное представительство стало для многих юрфирм основной бюджетообразующей практикой в этом году. И хотя судебная реформа далека от завершения, юристы отмечают качественные перемены в судебной практике благодаря правовым выводам Верховного Суда Украины по отдельным категориям дел. Вместе с тем в некоторых спорах говорить о единстве практики или о наличии четко обозначенной тенденции ее дальнейшего развития пока не приходится

АНАТОЛИЙ ГВОЗДЕЦКИЙ

Одним из главных событий, повлиявших на формирование судебной практики в 2015 году, следует признать вступление в силу 28 марта с.г. Закона Украины «Об обеспечении права на справедливый суд», которым в том числе трансформированы полномочия Верховного Суда Украины (ВСУ). Изменение процессуального инструментария суда направлено в первую очередь на обеспечение единства судебной практики, к чему уже длительное время стремится Украина или по крайней мере заявляет об этом.

Наивысшему судебному органу были переданы полномочия по допуску дел к своему производству, ранее принадлежащие высшим специализированным судам, а также по принятию окончательного решения по делу. Кроме того, ВСУ получил возможность контролировать единые подходы к применению не только норм материального права, но и процессуальных норм. Но самое важное — изменения претерпел статус выводов Верховного Суда Украины, изложенных в его постановлениях относительно применения норм права: суды всех инстанций должны их учитывать при применении соответствующих норм. Суды вправе отойти от правовой позиции ВСУ, изложив надлежащим образом в письменной форме мотивы и обоснование либо уникальности обстоятельств дела, либо ошибочности позиции Верховного Суда. Следует предположить, что это можно рассматривать как тенденцию продолжения движения к применению судебного прецедента.

 

Частые споры

Что же касается непосредственно судебной практики и наиболее популярных категорий споров 2015 года, то, по мнению адвоката Василия Постульги, в уходящем году наиболее знаковые решения принимались в отношении объектов недвижимости. «Большой объем работы судам, как всегда, «подкинули» поредевшие ряды банков. Особенно много внимания суды уделяли вопросам обеспечения исполнения кредитных обязательств в виде поручительства и ипотеки», — отмечает юрист.

Показательными в этой связи г-н Постульга называет постановление ВСУ по делу № 6-939цс15, в котором суд сделал вывод, что прекращение обязательства возможно при условии его надлежащего исполнения, а расторжение кредитного договора не является основанием для прекращения ипотеки, которой может обеспечиваться исполнение обязательства, возникшего до вступления в законную силу решения суда о расторжении договора, а также постановление по делу № 6-639цс15, в котором ВСУ обозначил действительность ипотечного обременения для нового собственника недвижимого имущества, отчужденного в период действия отмененого впоследствии судебного решения о признании ипотеки недействительной.

«С нетерпением жду исхода рассмотрения ВСУ дела № 6-84цс15. Уже несколько месяцев Высший специализированный суд Украины по рассмотрению гражданских и уголовных дел (ВССУ), ссылаясь на данный процесс, переносит рассмотрение дела о признании ипотеки недействительной при ликвидации юридического лица — должника по основному обязательству. А ведь правовая позиция ВСУ по этому вопросу уже была изложена в постановлении № 6-52цс13 еще в 2013 году, и она направлена в пользу должника. Таким образом, нельзя исключить изменение практики, либо же кассационный суд нашел способ ­затягивания рассмотрения дела», — поделился опасениями Василий Постульга.

«В связи с увеличением количества банков, в которых введена временная администрация, в этом году на рассмотрении в судах находилось значительное количество споров относительно обязательства таких банков исполнить условия договора банковского счета», — отмечает судья Хозяйственного суда г. Киева Татьяна Васильченко. По ее словам, чаще всего истцы требовали обязать банк осуществить перевод денежных средств на основании поданных еще до введения в банк временной администрации расчетных документов. И на практике возник дискуссионный вопрос, связанный с применением пункта 1 части 5 статьи 36 Закона Украины «О системе гарантирования вкладов физических лиц», предусматривающего, что во время действия временной администрации не осуществляется удовлетворение требований вкладчиков и других кредиторов банка, в частности, относительно имущественных обязательств, которые осуществляются исключительно в пределах процедуры ликвидации банка.

В одних случаях суды приходили к выводу, что указанные требования к банку не являются имущественными, поэтому истца нельзя считать кредитором банка, на которого распространяются ограничения, установленные пунктом 1 части 5 статьи 36 Закона Украины «О системе гарантирования вкладов физических лиц». В других же — суды указывали, что поскольку истец обратился к ответчику с требованием об осуществлении перевода именно денежных средств по договору банковского счета, выполнение такой операции банком ограничивается положениями указанной нормы.

«Точку в этой дискуссии поставил Верховный Суд. В постановлениях от 25 марта и 10 июня 2015 года по делам № 3-24гс15 и № 3-223гс15 соответственно ВСУ указал, что на основании договора банковского счета между сторонами возникают обязательственные правоотношения, имеющие имущественно-денежный характер, следовательно, в таком случае истец выступает кредитором в имущественном требовании по распоряжению принадлежащими ему средствами и на него распространяются ограничения, установленные Законом о системе гарантирования вкладов», — отмечает г-жа Васильченко.

Безусловно, знаковым для правоприменительной практики также является постановление ВСУ по делу № 6-44цс15, в котором он сформировал правовую позицию относительно применения положений Закона Украины «О моратории на взыскание имущества граждан Украины, предоставленного в качестве обеспечения кредитов в иностранной валюте». Так, ссылаясь на указанный нормативный акт, лица — должники банков просили суд прекратить ипотеку. Устраняя разногласия в судебной практике, Верховный Суд указал, что мораторий не предусматривает утрату кредитором права на обращение взыскания на предмет ипотеки (залога) в случае неисполнения должником обязательств по договору, а лишь временно запрещает принудительное взыскание имущества. Эта позиция нашла свое отображение в большом количестве судебных решений.

Исковая давность

Не менее интересным является вопрос обращения в суды органов прокуратуры в интересах государства в лице государственных органов или других лиц, касающийся, в частности, распространения на такие обращения сроков исковой давности. Судебная практика в этом вопросе менялась со сменой власти в нашем государстве. В определенный период времени суды приходили к выводам, что течение давности начинается с момента, когда органы прокуратуры узнали о нарушенном праве, а именно — с момента прокурорской проверки. Но в своих постановлениях по делам №№ 3-194гс14, 3-21гс15, 6-178цс15 Верховный Суд констатировал, что поскольку согласно законодательству прокурор, который принимает участие в деле, наделен обязанностями и правами стороны, то и положения закона о начале течения исковой давности распространяются на обращение прокурора в суд с заявлением о защите государственных интересов.

Следует отметить, что после вступления в силу нового Закона Украины «О прокуратуре» 15 июля с.г. прокуроры в случае подачи иска в интересах государства обязаны предварительно согласовать его с органом, от лица которого они обращаются в суд, а также четко обосновать, в чем заключается нарушение государственных интересов. В противном случае исковое заявление или апелляционные и кассационные жалобы будут возвращены прокурору без рассмотрения.

Также на разные подходы судов к вопросу распространения исковой давности на требования о признании недействительным решения общего собрания хозяйственного общества на основаниях нарушения права на участие в обществе указывает Татьяна Васильченко.

Она отмечает: в большинстве случаев суды приходили к выводу, что на данное требование исковая давность распространяется, поскольку фактически истец обратился в суд за защитой своего корпоративного права, которое имеет экономическое содержание и не является неимущественным в понимании статьи 269 Гражданского кодекса (ГК) Украины. В то же время существовала и другая правовая позиция о том, что срок исковой давности не должен применяться к правоотношениям такого рода, поскольку статьей 100 ГК Украины право участия в обществе отнесено к личным неимущественным правам лица, на которые, согласно требованиям статьи 268 ГК Украины, не распространяется исковая давность.

«Очень важным является как для судей, так и практикующих юристов постановление ВСУ от 4 февраля 2015 года по делу № 3-216гс14, где сделан вывод о том, что права участника хозяйственного общества, вытекающие из права его участия в этом обществе, не являются личными неимущественными правами, так как право участия в обществе может передаваться исключительно вместе с другими составляющими прав участника — имущественными правами. Таким образом, на требования о признании недействительными решений общего собрания хозобщества распространяется исковая давность», — говорит Татьяна Васильченко.

Что касается защиты корпоративных прав, то в этой связи следует также отметить рассмотренные Верховным Судом Украины дел №№ 3-171гс14 и 3-68гс15, в которых ставился вопрос о том, может ли хозяйственное общество не выплачивать вышедшему из общества лицу стоимость имущества, пропорциональную доле в уставном фонде, поскольку в заявлении о выходе участник указал на отсутствие каких-либо претензий к обществу. Практика в этом вопросе разная даже у ВСУ.

Так, в первом деле Верховный Суд, отменяя постановление Высшего хозяйственного суда Украины (ВХСУ) и направляя дело на новое кассационное рассмотрение, указал, что, придя к выводу о нарушении обществом права истца на получение стоимости части имущества общества, пропорциональной его доле в уставном фонде общества, и сроков ее выплаты, следовательно, и о наличии оснований для применения к ответчику предусмотренной статьей 625 ГК Украины ответственности за нарушение денежного обязательства, кассационный суд не дал надлежащей правовой оценки тому обстоятельству, что истец при выходе из общества, с учетом содержания поданного им заявления, в течение длительного времени до момента обращения в суд с иском не заявлял к ответчику каких-либо материальных претензий и ни разу не обратился к обществу с соответствующими требованиями, поэтому ссылка суда на просрочку ответчиком исполнения денежного обязательства является преждевременной. А в деле № 3-68гс15, ВСУ, отменяя постановление ВХСУ, отметил, что содержание поданного участником общества заявления об отсутствии претензий к обществу при выходе из его состава не говорит об его отказе от получения стоимости части имущества, пропорциональной доле в уставном капитале. А действующее законодательство не предусматривает возможности отказаться от своих имущественных прав на будущее и возможности отказаться от права на судебную защиту нарушенного права.

 

Изменение позиций

Но не только Верховный Суд расставлял ориентиры в судебной практике. Так, начальник отдела правового обеспечения Киевского городского филиала ОАО «Укртелеком» Марина Кириченко отмечает, что изменение судебной практики может произойти в вопросе компенсации льгот оператору фиксированной связи за оказанные телекоммуникационные услуги, предоставляемые чернобыльцам, судьям, прокурорам, участникам войны и боевых действий, инвалидам и ветеранам, пенсионерам, многодетным матерям и другим категориям граждан.

По ее словам, ранее хозяйственные суды принимали решения в пользу предприятия, предоставляющего услуги на льготных условиях, взыскивая задолженность с органов социальной политики местных государственных администраций, к компетенции которых относятся вопросы социальной защиты населения, основываясь на том факте, что такие обязательства вытекают непосредственно из закона. Такой же позиции придерживались и суды апелляционной инстанции. Но ВХСУ ­постановлением от 5 октября 2015 года отменил решения предыдущих судебных инстанций на основании отсутствия договорных отношений между органами социальной политики и предприятием связи.

По мнению г-жи Кириченко, такое решение является ошибочным. «Это может привести к ситуации, когда обязанность государства по компенсации затрат по предоставлению льгот социально незащищенным слоям населения и лицам, имеющим льготы, предприятию, предоставляющему такие услуги или работы, ставится в зависимость от волеизъявления сторон на заключение договора вопреки законодательству Украины», — аргументирует Марина Кириченко.

 

Налоговый штиль

Если сравнивать настоящую судебную практику по налоговым спорам с практикой предыдущих лет, то можно сказать, что в этом году особых изменений она не претерпела. Хотя юристы отмечают тенденцию к отходу от формализма: суды занимают более активную позицию в помощи налогоплательщикам по отстаиванию своих прав и в применении презумпции правомерности позиции налогоплательщика.

Стоит отметить правовой вывод Верховного Суда Украины по делу № 21-18а15, которым он поставил точку в вопросе отсчета предельного срока по уплате налогоплательщиком согласованного обязательства. Суд указал, что в случае если последний день срока подачи налоговой декларации, предусмотренный подпунктом 49.18.1 пункта 49.18 статьи 49 НК Украины, приходится на выходной день, то предельным сроком подачи такой декларации является операционный (банковский) день, наступающий за выходным днем, и именно от этой даты начинается отсчет десятидневного срока уплаты согласованного обязательства соответствующим плательщиком. В этом деле ВСУ признал неправомерным вывод Высшего административного суда Украины о правильности действий налогового органа по применению к налогоплательщику штрафных санкций за несвоевременность уплаты суммы самостоятельно определенного налогового обязательства.

Также на защиту налогоплательщика ВСУ встал в деле № 21-377а15, согласно обстоятельствам которого к предприятию были применены штрафные санкции за несвоевременную уплату самостоятельно определенного налогового обязательства, хотя предприятие провело такую оплату в срок, но при перечислении средств была допущена ошибка в указании казначейского счета. Отменяя постановление ВАСУ, Верховный Суд отметил, что для подтверждения факта неуплаты согласованной суммы денежного обязательства необходимо установить, что в предусмотренный пунктом 57.1 статьи 57 Налогового кодекса Украины срок налогоплательщик не совершал действий, направленных на перечисление согласованной суммы денежного обязательства в госбюджет. А поскольку такие суммы зачисляются на единый казначейский счет, то ошибочное определение кода бюджетной классификации в платежном поручении во время уплаты суммы налогового обязательства не является достаточным правовым основанием для вывода о неуплате необходимой суммы денежного обязательства в предусмотренный указанной нормой срок, следовательно, и для применения штрафных (финансовых) санкций.

 

Трудовая повинность

Знаковым для судебной практики адвокат Сергей Ярошенко называет постановление ВСУ по делу № 6-40цс15. «Указанное постановление предоставило дополнительную возможность украинцам удержаться на рабочем месте и не попасть под сокращение штата. ВСУ указал, что при увольнении работодатели должны предлагать людям альтернативу», — отмечает правозащитник.

В частности, при рассмотрении данного дела суд пришел к выводу, что работодатель считается выполнившим обязанность по трудоустройству увольняемого работника в случае, если работнику были предложены другие вакантные должности (другая работа), которые появились на предприятии в течение этого периода и которые существовали на день увольнения.

По мнению адвоката, важным является правовой вывод, согласно которому принятие работодателем мер по трудоустройству работника на другом предприятии или после расторжения с работником трудового договора в соответствии с требованиями части 2 статьи 40 и части 3 статьи 492 Кодекса законов о труде Украины не является обязанностью работодателя.

 

Процессуальные последствия

Как уже отмечалось выше, Закон Украины «Об обеспечении права на справедливый суд» наделил Верховный Суд полномочиями по пересмотру дел на основании неодинакового применения судом кассационной инстанции одних и тех же норм процессуального права — при обжаловании судебного решения, препятствующего дальнейшему производству по делу или принятого с нарушением правил подсудности или подведомственности дел. Эффективность таких изменений незамедлительно проявилась — «вечный» спор о том, какие суды полномочны рассматривать дела с участием органов Антимонопольного комитета Украины (АМКУ) должен кануть в Лету после принятия постановления ВСУ по делу № 21-688а15. Вывод суда следующий: дела по спорам об обжаловании решений (распоряжений) органов АМКУ подведомственны хозяйственным судам и подлежат рассмотрению по правилам Хозяйственного процессуального кодекса Украины. Это относится и к рассмотрению дел по искам органов АМКУ о взыскании с субъектов хозяйствования штрафов и пени в связи с нарушением конкурентного законодательства.

Но исключением из этого правила в соответствии с Кодексом административного судопроизводства Украины является разрешение дел относительно обжалования решений АМКУ по рассмотрению жалоб о нарушении законодательства в сфере государственных закупок.

Также в деле № 21-227а15 об обжаловании решения Государственной службы интеллектуальной собственности Украины, которым выдано свидетельство на знак для товаров и услуг, Верховный Суд, не рассматривая вопрос правильности применения судами норм Закона Украины «Об охране прав на знаки для товаров и услуг», пришел к выводу, что в случае принятия субъектом властных полномочий решения о регистрации знака для товаров и услуг и в последующем при получении заявителем свидетельства Украины на знак для товаров и услуг дальнейшее оспаривание права собственности на указанный знак должно решаться в порядке гражданской (хозяйственной) юрисдикции, поскольку возникает спор о гражданском праве.

Актуальными в свете событий, происходящих на востоке Украины, являются споры о возмещении вреда, причиненного гражданам в ходе проведения АТО. Безусловно, важным для правоприменительной практики является определение ВССУ по делу № 6-14000св15, в котором кассационный суд согласился с выводами Соломенского районного суда г. Киева и Апелляционного суда г. Киева о том, что иски о возмещении вреда за повреждение недвижимого имущества в ходе проведения АТО подаются по правилам исключительной подсудности, а именно — по месту нахождения такого имущества.

 

Европейская практика и национальные традиции

Нельзя не упомянуть и о негативных тенденциях, наметившихся в судебной практике в уходящем году. Несмотря на то что при решении споров суды все чаще ссылаются на практику Европейского суда по правам человека при обосновании принимаемых решений, что, по мнению юристов, является неоспоримым плюсом, ученые-юристы, а также судьи высших специализированных и Верховного судов констатируют: очень часто совершаются ошибки, связанные с тем, что цитата из решения Страсбургского суда вырывается из контекста или даже искажается и используется национальными судами и сторонами по делу как догма.

Наметившиеся в этом году позитивные изменения в судебной практике по одним категориям дел вселяют надежду на продолжение позитивных преобразований в будущем. Вместе с тем юридический рынок, бизнес, иностранные эксперты, да и сами судьи признают, что пока говорить о единстве судебной практике и обеспечении принципа правовой определенности национальными судами Украины рано.

 

ЛИДЕРЫ РЫНКА. СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА

ВЕДУЩИЕ ЮРИДИЧЕСКИЕ ФИРМЫ
1 «ИЛЬЯШЕВ И ПАРТНЕРЫ»
2 LCF
3 «ВАСИЛЬ КИСИЛЬ И ПАРТНЕРЫ»
4 ARZINGER
5 FCLEX
ВЕДУЩИЕ ЮРИСТЫ
1 МИХАИЛ ИЛЬЯШЕВ
(«ИЛЬЯШЕВ И ПАРТНЕРЫ»)
2 АННА ОГРЕНЧУК
(LCF)
3 РОМАН МАРЧЕНКО («ИЛЬЯШЕВ И ПАРТНЕРЫ»)
4 СТАНИСЛАВ СКРИПНИК
(«ЛАВРИНОВИЧ И ПАРТНЕРЫ»)
5 АНДРЕЙ СТЕЛЬМАЩУК
(«ВАСИЛЬ КИСИЛЬ И ПАРТНЕРЫ»)
ДРУГИЕ ИЗВЕСТНЫЕ ЮРИСТЫ*
ОЛЕГ БЕКЕТОВ
(ASTAPOVLAWYERS)
СЕРГЕЙ БОЯРЧУКОВ
(«АЛЕКСЕЕВ, БОЯРЧУКОВ И ПАРТНЕРЫ»)
ПАВЕЛ БЕЛОУСОВ
(AEQUO)
ВЛАДИМИР ВАЩЕНКО
(VB PARTNERS)
ВАЛЕНТИН ГВОЗДИЙ
(«ГВОЗДИЙ И ОБЕРКОВИЧ»)
АЛЕКСАНДР ЗАВАДЕЦКИЙ
(ZAVADETSKYI ADVOCATES BUREAU)
ВЯЧЕСЛАВ КОРЧЕВ
(INTEGRITES)
АНДРЕЙ КУЗНЕЦОВ
(«АНТИКА»)
КОНСТАНТИН ЛИКАРЧУК
(РАНЕЕ — «АВЕЛЛУМ ПАРТНЕРС»)
ТАТЬЯНА ЛИСОВЕЦ
(«СОКОЛОВСКИЙ И ПАРТНЕРЫ»)
ОЛЕГ МАЛИНЕВСКИЙ
(FCLEX)
ДЕНИС МИРГОРОДСКИЙ
(«ДИНАСТИЯ»)
ИРИНА НАЗАРОВА
(ENGARDE)
СЕРГЕЙ ПОГРЕБНОЙ
(SAYENKO KHARENKO)
ОЛЬГА ПРОСЯНЮК
(AVER LEX)
ТАТЬЯНА САМСИНА
(EUCON)
ИГОРЬ СЮСЕЛЬ
(BAKER & MCKENZIE)
АРТЕМ СТОЯНОВ
(LCF)
АЛЕКСЕЙ ФЕЛИВ
(INTEGRITES)