ДИРЕКТОРИЯ ЮФ

Судебная практика

Неформальный подход

Отдельные из наметившихся за последний год тенденций в судебной практике дают надежду, что суды станут больше вникать в суть дела, а не опираться на несоблюдение формальностей

Сильнейшие перемены в обществе, в гражданском сознании не могли не отразиться на государстве. Хотя за год насыщенных политических и геополитических изменений государственный аппарат Украины мог бы измениться и более существенно, но этого не случилось, в том числе и в судебной системе. Реформа в данной сфере только-только начинает готовиться. Не проведена еще тщательная проверка и кадрового состава, что, соответственно, накладывает отпечаток и на вынесение судьями решений. Безусловно, пока не было четких правил люстрации, многие судьи были подвержены риску привлечения к ответственности как за незаконное решение, так и за вполне правосудное, потому и оглядывались на власть. И на прежнюю, и на будущую.

Но тем не менее дела рассматривались, правосудие вершилось, и юристы отмечают отдельные позитивные тенденции в развитии судебной ­практики.

ОБЩЕЕ ВНЕ ПРАВИЛА

Так, адвокат, руководитель практики судебных споров и медиации АО «Юскутум» Антон Куц подчеркивает, что «в силу известных событий судебная практика развивалась не так уж бурно в этом году. Систему лихорадило сначала общими протестами, а теперь — предлюстрационными и люстрационными процедурами. Тем не менее суды не прекращали работать, рассматривали споры». При этом юрист отмечает, что многие негативные тенденции, заложенные десятилетиями, к сожалению, не были искоренены и вполне прогнозируемо проявлялись. Однако наметились и позитивные тенденции, заслуживающие отдельного внимания.

К ним Антон Куц, в частности, относит более широкое применение судами практики Европейского суда по правам человека. Поскольку решения Евросуда взвешенны, в них хорошо выписана мотивировочная часть, ссылка на его практику существенно улучшает качество принимаемых судебных решений, в которых эта практика использовалась.

Также на расширение подходов судов обращает внимание Андрей Стельмащук, партнер ЮФ «Василь Кисиль и Партнеры». «Прежде всего я бы отметил изменение позиции Верховного Суда Украины относительно возможности судебной защиты нарушенных гражданских прав и интересов способами, не предусмотренными законом или договором, исходя из общих принципов защиты прав, свобод и интересов, установленных Конституцией Украины, Конвенцией о защите прав человека и основоположных свобод», — говорит г-н Стельмащук. По мнению адвоката, такой прогрессивный подход позволит судам отойти от формалистической концепции судебной защиты прав, которой они придерживались ранее, когда отказывали в иске только на том основании, что истец, обращаясь в суд, выбрал способ защиты, не предусмотренный законом или договором. Это даст возможность более гибко реагировать на нарушение гражданских прав и интересов, а также применять способы защиты, которые наиболее эффективно защищают и восстанавливают права пострадавшей стороны.

Всесторонне подходить к рассмотрению спора призывает хозяйственные суды Высший хозяйственный суд Украины, на чье решение обращает внимание Антон Куц: «Главной тенденцией этого года стало продолжающее движение к прецеденту. Высший хозяйственный суд Украины принял постановление по делу № 914/2873/13, аналогов которому в судебной практике Украины нет. Отменив решение первых двух инстанций, суд указал на необходимость при рассмотрении дела обращать внимание и анализировать факты, установленные решениями в других судебных процессах, в которых принимали участие те же стороны. Это постановление является ярким примером стратегического решения, которое будет предопределять развитие судебной практики еще на годы вперед».

Подтверждает мнение о том, что надежды общества и, в частности, юристов на скорое оздоровление судебной системы и судебной практики не оправдались, и Дмитрий Овсий, партнер АФ GORO legal: «За последний год существенных изменений в судебной практике не произошло. Все так же сложно добиться того, чтобы судьи вникли в индивидуальные особенности конкретного дела, а не принимали шаблонные решения по формальным признакам. Принятый закон о восстановлении доверия к судебной власти, — безусловно, положительный шаг, однако он не применим к судьям, которые, например, незаконно лишили права собственности, «помогли» в организации рейдерского захвата и прочее».

ЧАСТНАЯ ПРАКТИКА

Помимо общих тенденций, намеченных отдельными судебными решениями, есть немало и таких, которые будут влиять не на судебное рассмотрение дел в целом, а на практику по рассмотрению отдельных категорий споров.

Например, по части налоговых споров Андрей Стельмащук отмечает практику Высшего административного суда Украины в спорах о доначислении обязательств по НДС относительно добросовестности плательщика налогов. «Высший административный суд Украины считает, что невозможность подтверждения отображенных контрагентами сумм НДС в составе налоговых обязательств согласно актам проверок других субъектов хозяйственной деятельности, а также возбуждение уголовного дела относительно должностного лица контрагента не являются основаниями для лишения плательщика налога права на формирование налогового кредита по НДС, поскольку неисполнение своего обязательства одной из сторон хозяйственных отношений не может считаться подтверждением наличия цели уклонения от уплаты налогов и получения налоговой выгоды другой стороной, в случае если плательщик налогов выполнил все предусмотренные законом условия и имеет необходимые документальные подтверждения размера своего налогового кредита», — приводит пример г-н Стельмащук.

Напомним: ранее суды нередко поддерживали решения налоговых органов, по которым ответственность за контрагента возлагалась на добросовестного налогоплательщика. Такие подходы до сих пор не чужды судам, но приведенное в пример решение обнадеживает, что национальная практика будет соответствовать логике, конституционным принципам и практике Евросуда, который еще в 2009 году в решении по делу «Булвес» АД против Болгарии» установил нарушение права собственности (статья 1 Первого протокола к Конвенции о защите прав человека и основоположных свобод) посредством нарушения правомерных ожиданий налогоплательщика, уплатившего налог, того, что это будет учтено в налоговом кредите.

Не менее актуальными и массовыми в последний год остаются споры относительно исполнения кредитных обязательств: как между заемщиком и кредитором, так и между поручителем, кредитором и заемщиком. С учетом колебаний в экономике их количество, вероятно, будет увеличиваться, потому очень важны решения судов, которыми снимаются многие дискуссионные вопросы в их разрешении.

Ольга Просянюк, управляющий партнер АО AVER LEX, считает наиболее значимыми в судебной практике, касающейся вопросов прекращения поручительства, принятые в сентябре 2014 года постановления Верховного Суда Украины (дела №№6-170цс13, 6-53цс14, 6-6цс14, 6-41цс14, 6-28цс14). «До принятия указанных постановлений судебная практика сводилась к тому, что при взыскании задолженности с поручителя суды не исследовали вопрос: на протяжении какого времени после возникновения права на подачу иска в суд кредиторы обращались с соответствующими исками? Однако, разрешая вопрос о прекращении поручительства, суды принимали во внимание факт обращения кредитора с требованием к поручителю в шестимесячный срок, установленный частью 4 статьи 559 Гражданского кодекса Украины», — уточняет юрист.

Что же касается названных постановлений ВСУ, то г-жа Просянюк отмечает правовую позицию наивысшего судебного органа, согласно которой недостаточно на протяжении шестимесячного срока обратиться с претензией (требованием) к поручителю, а необходимо предъявить иск в суд. Отсутствие обращения в суд с соответствующим иском к поручителю в течение указанного срока является основанием для отказа в иске в связи с прекращением права кредитора на удовлетворение своих требований за счет поручителя. Таким образом, Верховный Суд Украины отождествил понятия «требование» и «иск».

Хотя такой вывод ВСУ обязателен для применения судами при разрешении споров о поручительстве, по мнению Ольги Просянюк, нельзя не обратить внимания на то, что к этим постановлениям некоторые судьи Верховного Суда Украины изложили отдельные мнения, в которых отображена ранее применяемая правовая позиция, сводящаяся к более широкому толкованию понятия «требование». Ныне же ВСУ свел его в контексте шестимесячного срока после истечения срока основного обязательства на предъявление требования к поручителю к понятию иска. Юристы склоняются к тому, что правовая позиция, изложенная в отдельных мнениях судей, более логична, поскольку требование не всегда является иском, однако иск — всегда требование. «По логике, прежде чем решать вопрос в судебном порядке, кредитор обязан предъявить требование к поручителю, а тот — получить его. Ведь именно по факту получения требования поручителем он сможет решить, исполнять ли обязательство, обеспеченное поручительством, добровольно или игнорировать либо оспаривать требование кредитора. В случае неисполнения могут наступить последствия вплоть до предъявления иска в суд», — аргументирует свою позицию Ольга Просянюк.

На судебную практику в спорах между банками и заемщиками обращает внимание и Дмитрий Овсий, приводя в пример решение Апелляционного суда Днепропетровской области по делу № 214/4359/13-Ц, которым был установлен факт, что факторинговая сделка не предполагает перехода права собственности на обеспечение по кредиту.

«Факторинговые операции очень популярны среди банков при продаже проблемных кредитных портфелей. Заключая такие договоры факторинга, стороны зачастую допускали большое количество нарушений, особенно если эта операция проводилась между связанными сторонами, когда, например, факторинговая компания принадлежит банку», — поясняет важность решения г-н Овсий.

Юрист напоминает, что, согласно Гражданскому кодексу Украины, предметом договора факторинга может быть право денежного требования, срок платежа по которому наступил (существующее требование), а также право требования, которое возникнет в будущем (будущее требование): передача денежного требования фактору за деньги; уступка клиентом фактора своего денежного требования как способа обеспечения исполнения обязательства клиента перед фактором (например, кредитный договор).

В то же время Законом Украины «Об ипотеке» установлено, что ипотекой является обеспечение исполнения обязательства недвижимым имуществом, которое остается во владении и пользовании ипотекодателя, дающее право ипотекодержателю получить удовлетворение своих требований за счет предмета ипотеки. То есть этот вид обеспечения не предполагает возникновения денежного обязательства, следовательно, не может быть предметом факторинга.

Суд развил эту ситуацию и пришел к выводу, что «требования к должнику, связанные с получением каких-либо работ, услуг или других благ в натуральной форме, не могут быть предметом уступки по договору факторинга».

«Рассматривая споры, возникшие из таких договоров, суды в большинстве случаев следовали шаблону: невзирая на нарушения при переходе права требования, они не подвергали сомнению право сильного (банка, факторинговой компании) претендовать как на долг, так и на предмет залога или ипотеки. Именно в том и состоит уникальность принятого решения, что суд фактически принял правомерное решение, став на сторону заемщика. В то же время создан опасный для кредиторов прецедент, поэтому банковское лобби активно работает в направлении отмены решения. И точку в этом деле ставить рано», — поясняет г-н Овсий.

Не менее важным является решение Верховного Суда Украины по делу № 6-125цс13 о признании прекращенным обязательства по ипотечному договору в связи с тем, что заемщик, физическое лицо — предприниматель прекратил предпринимательскую деятельность.

ВСУ сделал следующий правовой вывод: в случае прекращения субъекта предпринимательской деятельности — физического лица (исключение из реестра субъектов предпринимательской деятельности) его обязательства по заключенным договорам не прекращаются, а остаются за ним как за физическим лицом, поскольку физическое лицо не перестает существовать. Физическое лицо — предприниматель несет ответственность за неисполнение обязательств, связанных с предпринимательской деятельностью, всем своим имуществом, и так как основное обязательство по кредитному договору не прекратилось, нет оснований для прекращения и ипотеки.

Как поясняет юрист, в соответствии со статьей 173 Хозяйственного кодекса Украины хозяйственным признается обязательство, возникшее между субъектом хозяйствования и другим участником (участниками) отношений в сфере хозяйствования на основаниях, предусмотренных настоящим Кодексом, в силу которого один субъект (должник) обязан совершить определенное действие хозяйственного или управленческо-хозяйственного характера в пользу другого субъекта (выполнить работу, передать имущество, уплатить деньги, предоставить информацию и пр.) или воздержаться от его совершения, а другой субъект (кредитор) имеет право требовать исполнения этого обязательства.

Гражданин признается субъектом хозяйствования в случае осуществления им предпринимательской деятельности при условии государственной регистрации его как предпринимателя без статуса юридического лица, то есть он может выступать субъектом хозяйствования только при условии регистрации им предпринимательской деятельности. Согласно части 3 статьи 205 Хозяйственного кодекса Украины, хозяйственное обязательство прекращается невозможностью исполнения в случае ликвидации субъекта хозяйствования, если не допускается правопреемственность по этому обязательству. По логике Хозяйственного кодекса, в случае прекращения предпринимательской деятельности хозяйственные обязательства физического лица — предпринимателя прекращаются. Однако Верховный Суд Украины установил полную правопреемственность физического лица по всем обязательствам предпринимателя.

ХОЗЯЙСКОЕ ДЕЛО

Хотя многие говорят об отсутствии явных изменений в судебной практике, одно из них налицо: Высший хозяйственный суд Украины стал допускать гораздо больше решений к пересмотру Верховным Судом Украины на основаниях неодинакового применения норм материального права, тем самым формируются однозначные правовые выводы, обязательные к применению в практике судов.

В их числе можно отметить правовые выводы по делам, возникающим из корпоративных правоотношений, согласно которым отчуждение имущества хозяйственного общества не связано с обязательным принятием решения общим собранием об уменьшении его уставного фонда (дело № 913/1365/13) или отсутствие уведомления участника общества о созыве и проведении общего собрания, где его исключили из состава участников, является безусловным нарушением прав последнего и влечет признание незаконными решений общего собрания (№ 5017/1221/2012).

Стоит отметить и такие правовые выводы Верховного Суда Украины: первый — средства, ошибочно перечисленные плательщиком с момента зачисления на счет получателя, переходят в распоряжение последнего, а банк выполняет функции по обслуживанию банковского счета клиента и не является приобретателем таких средств, следовательно, правовых оснований для удовлетворении иска о взыскании с банка ошибочно перечисленных средств нет; второй — спор о замене взыскателя на стадии исполнительного производства не имеет признаков гражданских правоотношений, потому вопросы, возникшие в этой связи, необходимо решить согласно Закону Украины «Об исполнительном производстве» и Хозяйственному процессуальному кодексу Украины.

Также важна правовая позиция ВСУ, согласно которой характерным признаком новации является не изменение части первичного обязательства, а заключение между теми же сторонами нового обязательства. Эту позицию наивысший судебный орган отразил сразу в пяти судебных делах в сентябре 2014 года.

Ожидаемо, что в ближайший год будет проведена обширная судебная реформа. Но изменение правил, структуры и кадров не изменит сути принятых судами решений, поэтому тенденции, намеченные в этом году, будут влиять на нее и впредь. Остается надеяться, что суды все же станут придерживаться позитивных наработок, уходить от формализма и смотреть на индивидуальные особенности даже типичных, на первый взгляд, споров.

Лидеры рынка. Уголовное право

ИЗВЕСТНЫЕ ЮРИСТЫ*
СЕРГЕЙ ГРЕБЕНЮК
(«ЕГОРОВ, ПУГИНСКИЙ, АФАНАСЬЕВ И ПАРТНЕРЫ»)
ВИТАЛИЙ КАСЬКО
(ГЕНЕРАЛЬНАЯ ПРОКУРАТУРА УКРАИНЫ, ранее — ARZINGER)
АЛЕКСАНДР МИНИН
(«ВТС КОНСАЛТИНГ»)
АЛЕКСАНДР ПЛАХОТНЮК
(«ДИФА»)
ОЛЬГА ПРОСЯНЮК
(AVER LEX)
ИННА РАФАЛЬСКАЯ
(частная практика)
ВИТАЛИЙ СЕРДЮК
(AVER LEX)
НИКОЛАЙ СИРЫЙ
(«С.Т. ПАРТНЕРС»)
АНЖЕЛИКА СИЦКО
(«ГВОЗДИЙ И ОБЕРКОВИЧ»)
ЕВГЕНИЙ СОЛОДКО
(«СОЛОДКО И ПАРТНЕРЫ»)
ЕЛЕНА СОТНИК
(«СОЛОДКО И ПАРТНЕРЫ»)
СВЕТЛАНА ТРОФИМЧУК
(«С.T. ПАРТНЕРС»)
АНДРЕЙ ФЕДУР
(«АГЕЕВ И ФЕДУР»)
ИГОРЬ ФОМИН
(частная практика)

Лидеры рынка. Судебная практика

АВТОРИТЕТНЫЕ ЮРИСТЫ*
ВАДИМ БЕЛЯНЕВИЧ
(«ВАСИЛЬ КИСИЛЬ И ПАРТНЕРЫ»)
ОЛЕГ МАКАРОВ
(«ВАСИЛЬ КИСИЛЬ И ПАРТНЕРЫ»)
АЛЕКСЕЙ РЕЗНИКОВ
(КГГА, ранее — «ЕГОРОВ, ПУГИНСКИЙ, АФАНАСЬЕВ И ПАРТНЕРЫ»)
ВЕДУЩИЕ ЮРИДИЧЕСКИЕ ФИРМЫ
1 «ВАСИЛЬ КИСИЛЬ И ПАРТНЕРЫ»
2 «ИЛЬЯШЕВ И ПАРТНЕРЫ»
3 «ЮРИДИЧЕСКАЯ ГРУППА LCF»
4 «ЕГОРОВ, ПУГИНСКИЙ, АФАНАСЬЕВ И ПАРТНЕРЫ»
5 ARZINGER
ВЕДУЩИЕ ЮРИСТЫ
1 МИХАИЛ ИЛЬЯШЕВ
(«ИЛЬЯШЕВ И ПАРТНЕРЫ»)
2 АЛЕКСЕЙ ФИЛАТОВ
(АДМИНИСТРАЦИЯ ПРЕЗИДЕНТА УКРАИНЫ, ранее — «ВАСИЛЬ КИСИЛЬ И ПАРТНЕРЫ»)
3 РОМАН МАРЧЕНКО
(«ИЛЬЯШЕВ И ПАРТНЕРЫ»)
4 АННА ОГРЕНЧУК
(«ЮРИДИЧЕСКАЯ ГРУППА LCF»)
5 СЕРГЕЙ ШКЛЯР
(ARZINGER)
ДРУГИЕ ИЗВЕСТНЫЕ ЮРИСТЫ*
СЕРГЕЙ АЛЕКСЕЕВ
(«АЛЕКСЕЕВ, БОЯРЧУКОВ И ПАРТНЕРЫ»)
ОЛЕГ БЕКЕТОВ
(ASTAPOVLAWYERS)
ВЯЧЕСЛАВ КОРЧЕВ
(INTEGRITES)
АНДРЕЙ КУЗНЕЦОВ
(«АНТИКА»)
ДЕНИС МИРГОРОДСКИЙ
(«ДИНАСТИЯ»)
ИРИНА НАЗАРОВА
(ENGARDE)
АЛЕКСАНДРА ПАВЛЕНКО
(«ПАВЛЕНКО И ПОБЕРЕЖНЮК»)
СЕРГЕЙ ПОГРЕБНОЙ
(SAYENKO KHARENKO)
АНДРЕЙ ПОЖИДАЕВ
(«АСТЕРС»)
ОЛЬГА ПРОСЯНЮК
(AVER LEX)
СТАНИСЛАВ СКРИПНИК
(«ЛАВРИНОВИЧ И ПАРТНЕРЫ»)
АНДРЕЙ СТЕЛЬМАЩУК
(«ВАСИЛЬ КИСИЛЬ И ПАРТНЕРЫ»)

* — В алфавитном порядке.

Источник: Ukrainian Law Firms 2014. A Handbook for foreign clients

Лидеры рынка. Международный арбитраж

ВЕДУЩИЕ ЮРИДИЧЕСКИЕ ФИРМЫ
1 «ЕГОРОВ, ПУГИНСКИЙ, АФАНАСЬЕВ И ПАРТНЕРЫ»
2 SAYENKO KHARENKO
3 ASTAPOVLAWYERS
4 «ВАСИЛЬ КИСИЛЬ И ПАРТНЕРЫ»
5 ARZINGER
ВЕДУЩИЕ ЮРИСТЫ
1 ТАТЬЯНА СЛИПАЧУК
(SAYENKO KHARENKO)
2 СЕРГЕЙ ВОЙТОВИЧ
(«ГРИЩЕНКО И ПАРТНЕРЫ»)
3 СЕРГЕЙ СВИРИБА
(«ЕГОРОВ, ПУГИНСКИЙ, АФАНАСЬЕВ И ПАРТНЕРЫ»)
4 МАРКИЯН МАЛЬСКИЙ
(ARZINGER)
5 ЮЛИЯ ЧЕРНЫХ
(ARBITRADE)
ДРУГИЕ ИЗВЕСТНЫЕ ЮРИСТЫ*
ОЛЕГ БЕКЕТОВ
(ASTAPOVLAWYERS)
ЕВГЕНИЙ БЛИНОВ
(ASTAPOVLAWYERS)
ВСЕВОЛОД ВОЛКОВ
(INTEGRITES)
МАРКИЯН КЛЮЧКОВСКИЙ
(«ЕГОРОВ, ПУГИНСКИЙ, АФАНАСЬЕВ И ПАРТНЕРЫ»)
КОНСТАНТИН ЛИКАРЧУК
(«АВЕЛЛУМ ПАРТНЕРС»)
АЛЕКСАНДР МАРТЫНЕНКО
(CMS CAMERON MCKENNA)
ИРИНА НАЗАРОВА
(ENGARDE)
ЕЛЕНА ПЕРЕПЕЛИНСКАЯ
(SAYENKO KHARENKO)
ИГОРЬ СЮСЕЛЬ
(BAKER & MCKENZIE)
АМИНАТ СУЛЕЙМАНОВА
(AGA PARTNERS)
АЛЕКСЕЙ ФИЛАТОВ
(АДМИНИСТРАЦИЯ ПРЕЗИДЕНТА УКРАИНЫ, ранее — «ВАСИЛЬ КИСИЛЬ И ПАРТНЕРЫ»)
ДМИТРИЙ ШЕМЕЛИН
(«ИЛЬЯШЕВ И ПАРТНЕРЫ»)

* — В алфавитном порядке.

Источник: Ukrainian Law Firms 2014. A Handbook for foreign clients